— Ты мой сын, кем бы ты ни был, — Вроаррист протолкнул сына в дом и зашёл следом. — Поедем со мной на Утреннюю Звезду. Там у меня будет свой дозен, свой посёлок, и там будут люди, которым мы поможем строить новую жизнь.
— Люди? Я же не человек. Никуда я не поеду, там я тоже буду уродом. Тут меня знают, тут ко мне привыкли.
— Привыкнут и там. Мне нужны хорошие механики. Имрис с мужем едут со мной. Я соберу там свой род.
— Нет. Я не хочу жить ради исполнения чужих планов. Это арны были созданы рабами, я не арн, — Ристел в упор смотрел на отца, выдавливая его из домика. — Имрис у нас мать-волчица, но я не арн. Меня эти ритуалы не касаются.
— Подумай. Если Тадей нападёт, то первой будет планета Джи. Я буду в деревне ещё два дня, потом зайду за тобой, и мы переедем. Там будет свобода. Император обещал мне регентство, и по законам арнов планета будет наша.
— Да мне плевать! Уходи из моего дома, — Ристел с трудом удержал голос, чтобы не заорать. Удержал себя, чтобы не броситься на отца.
Вроаррист понял и ушёл.
А Ристел сбежал на охоту. Визит Вроарриста оказался очень кстати. Коллектив с раскопок в полном составе собрался около первого арна, дослужившегося до ажлисс. Ристел же без суеты и проблем вынес с корабля осевой крепёж экзоскелета — ту здоровенную крестовину, на которую крепилась вся конструкция. Остальные детали разбирались на более мелкие части и в общей куче плохо идентифицировались. Никто, взглянув мельком на ворох загогулин в его рабочей сумке, не поймёт, выносил ли он что-то подобное и сколько.
Глава 12 Земля. Дорога. Сергей
Уже на следующий день Витька отзвонился Петровичу.
— Глашатай постоянно появляется на турбазе у Телецкого озера. По бережку гуляет, на лодочке катается.
— Чёрт, пока я туда доберусь, он в Бразилии окажется. Эдак я с ним и не поговорю, — буркнул Сергей и ухватил Петровича за запястье, стабилизируя экранчик. Разговаривать было неудобно — коммуникатор прыгал, словно Петрович норовил заглянуть Витьке за спину. К тому же Сергей не привык разговаривать по делу при свидетелях.
— Нет, — Витька поводил глазами по собеседникам, собираясь с мыслями. — Эти ажлисс, судя по всему, упёртые домоседы. Все ранее внедрённые остались на своих местах, и вон — путешествия ограничивают.
— Контора-то наша как? Тоже исчезли все? — перебил Сергей. — Только из батьки органы даже на суп не сгодятся.
— Начальство наше на Свободе вместе с семьями и попугайчиками строят светлое настоящее. Слышь, уймись! На фига им чужие органы, когда они каждому своё отращивают прямо в теле?