„Если не остановить её сейчас, — поняла Зара, — мир обратится в царство вечного мрака. Люди станут рабами своих пороков, а духи леса и рек исчезнут, поглощённые бездной“.

А ещё поняла Зара, что одной ей не справиться. И отправилась она в сокровенное место — долину Берендея, где обитали древние стражи‑воины, полулюди‑полудухи. Они могли оборачиваться медведями, волками, соколами, лисами — всякой тварью лесной, но сохраняли разум и память предков.

Вождь берендеев, седобородый Велемир, выслушал её. Он видел то же, что и Зара: тени, ползущие по земле, глаза людей, горящие недобрым огнём.

„Мы поможем, — произнёс Велемир, и голос его звучал, как шум соснового бора. — Но цена будет высока. Ты должна будешь принести великую жертву. Сможешь ли ты?“

Зара кивнула. Она знала, что потребует Тьма, и знала, чем придётся заплатить.

В ночь, когда взошла „волчья луна“, когда граница между мирами истончилась, Зара и берендеи собрались у менгира. Они выложили круг из камней, на которых горели огни из трав, собранных в полнолуние в течение всего года. Велемир произнёс заклинание, призывающее духов предков, и увёл своих берендеев прочь от этого места: берендей, столкнувшийся с тьмой, может потерять себя, и тогда его человеческий облик умирает в облике зверя! А Зара запела песню, что знала лишь она — песнь о свете, рождённом из тьмы.

Тьма явилась. Она приняла облик тысячи лиц — знакомых и чужих, улыбающихся и плачущих, обещающих и угрожающих.

„Ты не сможешь нас остановить, — шептали голоса. — Мы — это ты. Мы — это все“.

Но Зара не дрогнула. Она шагнула в центр круга и произнесла слова, что обжигали её губы, как раскалённое железо:

„Я, Зара, дочь тайги, кровь древних, дух свободы, отдаю себя. Пусть моё сердце станет печатью. Пусть моя душа станет ключом. Пусть мой свет станет стеной между миром и бездной“.

В тот миг её тело вспыхнуло серебром, а из груди вырвался луч, пронзив небо. Луч опустился на менгир, и камень раскололся, выпуская поток света, что разлился по земле, очерчивая границы, невидимые глазу, но ощутимые сердцем.

Тьма закричала — звук, от которого трескались деревья и бежали звери. Она отступила, запертая за стеной, созданной из жертвы Зары.

Когда рассвет коснулся вершин гор, Зары уже не было. Лишь серебряный свет мерцал над менгиром, а в воздухе звучала её песня — тихая, как шелест листьев.

Берендеи вернулись к менгиру и приняли свою новую судьбу. Они стали стражами границы, которую создала Зара. Их вторые ипостаси — звериные облики — теперь несли в себе частицу её света. Они бродили по лесам, следя, чтобы Тьма не нашла лазейку, а люди не забывали, что зло рождается не вовне, а в их собственных сердцах.