К внутренним голосам начал примешиваться комплекс, вдруг откуда-то взявшийся, которого ночью не было вообще, и Света вытворяла такое, что должно быть стыдно. Но ей не стыдно. С Соколовым ничего не стыдно и не страшно, и хочется еще.

Девушка провела по груди, сосок моментально затвердел под пальцами, ущипнула его, тут же охнула, волна возбуждения пошла ниже. А когда накрыла себя между ног, чувствуя влагу, совсем стало жарко. Сколько вчера было оргазмов? Сбилась со счета, но тело просит еще.

Калинкина прислушалась, в доме было тихо, лишь все еще пахло гарью, и из открытого окна доносился шум. Встала, взяв покрывало с пола, обернулась им, надо было пойти умыться да смыть с себя остатки ночи. Вышла на крыльцо, потом на открытую большую веранду, дом Терехова не сравнить с ее избушкой, все красиво, добротно и дорого.

Павел был на улице, солнце вовсю палило, денек обещал быть еще жарче, чем вчера, за ночь деревья стали еще зеленее, а трава выше. Мужчина выпрямился, повернулся боком, на нем были лишь низко сидящие на талии джинсы и сланцы. В руках бутылка с водой, он начал пить, а вода стекала по подбородку, шее и обнаженной груди, Светочка решила, что смотрит рекламу минеральной воды или мужского парфюма.

Соколов был до безобразия хорош.

«Господи, ну как тут устоять?»

«Да бесполезно».

«И хорошо, что мы еще без трусов».

Это вновь голоса в голове, но сейчас они были подозрительно солидарны друг с другом и не спорили.

— Ты уже проснулась? Доброе утро.

Павел быстро подошел, Света даже не успела никак отреагировать, мужчина прижал ее к себе и поцеловал. Вот так просто, без лишних слов, захотел — и поцеловал, захочет — и трахнет прямо на веранде. Соколов сейчас был именно такого мнения: если мужик хочет — он берёт и не спрашивает, у женщин слишком много в голове намешано сомнений. А такое убеждение передалось ему вместе с домом и духом Терехова.

— Ребят кормил. А ты знала, что индюки ужасно прожорливые? Терехов мне голову оторвет, если с ними что-то случится, а этот пес так и лезет к ним в загон. Пойдем в баньку?

Пашка сходил с ума.

Как пацан, словно ему семнадцать, и он впервые влюбился. Но в семнадцать у Пашки такого не было, потому что тогда он был именно Пашкой Соколовым, простым нищим пацаном, на которого не смотрела ни одна девушка. А сейчас он уважаемый человек, с солидной должностью, Павел Романович Соколов, но сходить с ума от этой девушки ему это никак не мешало.

Вот реально. Была такая эйфория от прекрасного майского утра, солнца, голубого неба, природы, даже индюки не раздражали. Но больше всего кружилась голова от Светочки. Сейчас она была такая естественная, красивая, рыжие непослушные кудри, зеленые глаза, пухлые сладкие губы, такая аппетитная и манящая, в одном покрывале после ночи невероятного секса.