Никто не сдвинулся с места. Но Светлана, убрав ведро, поправила волосы, взяла сумку и, достав ключи, пошла открывать дверь. Руки дрожали, сердце заходилось в бешеном ритме, с третьего раза попала в замочную скважину.
Включив свет, первым делом поставила чайник, нужно было промыть раны этому драчуну. А Соколов, зайдя следом, стоял у порога, опустив голову, как нашкодивший пацан.
— Доволен?
— Да.
— Да?
— Было круто.
— Ты шел бы в бокс, там это «круто» каждый день.
Соколов засмеялся, разуваясь, посмотрел на себя в зеркало.
— И что смешного? Завтра разговоров будет на всю деревню, что двое городских подрались из-за ветеринара Калинкиной.
— Да вспомнил, что не дрался с детства. Нас так же директриса в детдоме отчитывала, когда мы стояли с пацанами на пороге ее кабинета, размазывали кровавые сопли и боялись наказания.
— В детдоме? — Света спросила тихо и тут же прикусила язык. Она и не знала, она много чего о нем не знает. — Иди сюда, я посмотрю, что там у тебя за раны, садись.
Смотреть было страшновато.
На левой скуле кровоподтек, губа разбита, а еще рассечена левая бровь. Повернув голову к свету, начала вытирать с лица грязь. А Соколов думал, что находится в раю, Светочка была так близко, от нее пахло немного лекарством и ягодами. Руки сами собой легли на бедра и притянули девушку ближе.
— Руки!
— Руки не мыл.
— Надо их убрать.
— Не могу, приросли.
— Наглец.
— Да.
— И драчун.
— Да. Ай… больно.
— Терпи.
— А потом дашь сладенького?
— Нет, эклеры Лаура принесла мне.
— Я про другое.
— Пошляк.
— Я бился за свою женщину и жду награды.
— Тебя никто не заставлял.
— Я сам. Ты ведь моя женщина?
Ну вот что на это можно ответить, когда на Светочку смотрят голубые глаза, а ладони обжигают кожу бедра даже сквозь ткань, да так, что во всем теле просыпается сексуальный голод?
Глава 32
Все началось слишком нежно.
Первые прикосновения, поцелуи.
Светочка не была готова к такому.
Вот если бы Павел накинулся, стал лапать, задирать футболку, нагло лезть в трусики, то Калинкина дала бы отпор. Залепила бы затрещину, ей это делать не впервой. Остановила бы похотливого самца, пока он все не расскажет, пока они во всем не разберутся.
Но…
Но Светлана женщина — и, как оказалось, очень чувствительная и слабая женщина до вот таких штучек, что начал делать Павел. Мужчина слишком медленно и томно вел языком по шее, задевая и прикусывая мочку уха.
Усадив Светлану на колени, совсем не чувствуя боли, лишь желание как можно дольше трогать и целовать во всех сладких местах эту ягодно-сочную, манящую и соблазнительную девушку. Она вроде бы поначалу предпринимала попытки сопротивления, на что Павел накрыл ее губы своими и слишком долго не прерывал поцелуя.