Светочка брала в рот уже активнее, стоя на коленях, подавалась вперед, грудь при этом колыхалась. Она то делала щеками вакуум, то расслабляла горло, помогая себе рукой. А когда накрыла ладонью большие, упругие яйца, Соколов простонал в голос.

Зрелище было умопомрачительное.

Член входил в сладкий ротик, голова шла кругом, хотелось войти глубже, под другим углом и кончить.

— Света… вот же дьявол… не могу больше… Ягодка моя… милая… я сейчас… сука… кончу… кончу… блять…

Да Калинкина сама была готова кончить, минет возбуждал, грудь колыхалась, соски заострились еще больше. Девушка опустила руку между ног, влаги было много, клитор торчал твердой вишенкой среди набухших половых губ. Девушка начала натирать его пальцами, чувствуя, как головка члена раздулась еще больше.

Первые струи спермы брызнули глубоко в гортань, затем на язык. Света вынула член, продолжая массировать его, наблюдая, как из него вырывается белый крем, как попадает на губы, шею, лицо.

Трясло так, что хотелось плакать, она так и не кончила. А вот Соколов все понял.

— Иди ко мне, иди ко мне, сладкая, да, ляг, раздвинь шире. Какая же ты мокрая, даже течешь по бедрам.

Одно, второе касание, Павел сам с трудом приходит в сознание от оргазма, который ему подарила Ягодка, не может оторвать взгляда от набухших и покрасневших половых губ, касается их пальцами, не задевая клитор. Его он будет только целовать и лизать, только на его языке Ягодка будет сегодня срывать голос.

Скользит как одержимый до колечка ануса, слегка массирует его, а потом припадает к клитору, сразу нежно засасывая его, при этом проникая двумя пальцами во влагалище. Резкие, но неглубокие движения, Светочка кончает за считанные секунды, но оргазм настолько острый и долгий, тело трясет. Все нутро выворачивает, она не контролирует себя, дергается, хочет свести колени, но ей не дают.

— Нет, нет, сладкая, я еще не закончил.

— Боже мой… боже… а-а-а… да-а-а… а-а-а…

Павел натирает ставший еще больше клитор пальцами, вновь лижет его, начинает массирует тугой сфинктер, а затем проникает в него. Это какие-то невероятные, новые ощущения, в которых Калинкина теряется, не понимая, что вообще с ней происходит.

Соколов хочет ее всю, от кончиков пальцев до кудряшек на голове. Вроде бы вот, ночью был секс, но со всеми событиями кажется, что прошла вечность, и он соскучился по Ягодке. Не останавливает даже боль в разбитой губе и ссадины.

— Не могу… Паша… не могу больше…

Во рту пересохло, Светочка, перепачканная спермой, с ее привкусом на губах и языке, кончает снова. Именно в тот момент, когда Павел трахает ее в попку двумя пальцами, а она, как озабоченная и голодная, максимально раскрытая перед ним, сквиртует анальным оргазмом. Кричит, но не слышит свой голос.