— Может, я схожу одна?

— Ни в коем случае, там опасно, я должен быть рядом.

— Опасность там можешь представлять только ты.

— Я опасен, когда тебя нет рядом.

Забавный диалог, словно они пара, и у них вот только начинается конфетно-букетный период, нет, точнее, деревенско-пожарный.

— Надо бы завтрак приготовить, ты, наверное, голодный?

— Очень, очень голодный до твоей киски, почувствуй, насколько я голоден.

Павел потерся пахом, член уже стоял, упираясь в ширинку джинсов, хотелось одним движением освободить его, а вторым повернуть Светочку спиной, спустить покрывало и войти на всю длину.

— Ты маньяк. Тебя нужно изолировать от общества.

— Пойдем, изолируемся в баньке, она еще со вчерашнего не остыла.

Соколов потянул девушку в сторону, крепко сжав ее руку, Света лишь прикусила губу, понимая, какая сейчас у них там будет «банька».

— Эй, молодежь, а вы чего не закрываетесь?

Остановившись, «молодежь» переглянулась.

Баба Зоя.

— А я вам тут оладушки принесла, небось, ничего не ели со вчерашнего, да проверить зашла, может, еще чего сожги, сломали или испортили.

Женщина поставила закутанную в полотенце тарелку на перила веранды, скрестила руки на груди и с хитрой улыбкой посмотрела на Соколова и Калинкину.

Зоя Ильинична, в свои семьдесят восемь лет сведя племянницу с соседом, на этом не остановилась. Светочка, по ее мнению, а это мнение распространялось не на всех, достойна была своего женского счастья.

Но Светочка, в отличие от племянницы Серафимы, была молодая, а значит, без царя в голове, и могла взбрыкнуть от этого самого счастья и ретивой кобылкой ускакать в поле. Но она этому не позволит случиться.

— Спасибо, конечно, баба Зоя, но я пока ничего не спалил и не сломал, и, к вашему сведению, вы можете забрать свои слова обратно.

— Это какие, милок?

— О том, что Светлану тошнит, и она готова родить ребенка и воспитать его сама.

— Не тошнит? Правда, что ли? Вот же Варвара трепло деревенское, я ее встречу, все выскажу.

— Не надо ничего никому высказывать, — Света влезла в диалог, который касался непосредственно ее. — И я не беременна, мы этот вопрос с Павлом уже выяснили.

— Так а чего вы время даром теряете? Тебе, Пашка, пора отцом уже быть, сына или дочку на руках носить, а не кормить индюков, господи, страшные какие, — баба Зоя заглянула в загон, поморщилась, перекрестилась. — А у Светочки самый хороший возраст для беременности, главное — начать, а там уже один за другим малыши пойдут, бедра у нее широкие, грудь большая, молока много будет…

— Может быть, хватит уже? — Павел перебил монолог соседки, еще крепче сжал руку Светланы, потому что та уже дернулась в сторону, предприняв попытку уйти в дом. — И вам никуда не пора?