В это время сложно понять, какого человек сословия, почти что. Знаю, что даже Павел Петрович в иной истории озаботился тем, чтобы человек одевался сообразно сословию, и было сразу понятно: нахрен можно посылать или же послать можно, но после на дуэли биться?

Так вот, я одет, скорее, как интеллигент-мещанин, чиновник самого низшего пошиба. По моей одежде можно было бы предположить, что я — дворянин, но не с той точностью, как при виде князя Куракина. Кто-кто, а Алексей Борисович даже в пути выглядел сущим франтом в цветастых одеждах. Мне же было жаль протирать дорогущие наряды, которые ранее оплатил князь. Так что одет я был простенько, но и не по-купечески, и не по-селянски. Наверняка, смущало Северина и то, что я здесь нахожусь, в домике для гостей самого князя.

— Скажи, барин, кто ты есть? — несколько измученным голосом спросил Северин.

Я улыбнулся. Прекрасно понимаю парня, этой искренностью он симпатичен. Запутался Северин, как ко мне обращаться, и кто я есть вообще такой. Если бы он меня не вырубил, так и вообще проникнулся к нему и сразу же подружился. Мне же нужен партнёр… Как-то двояко звучит… Для тренировок.

— Слушай меня, Северин! Я учитель сына князя и его племянника. Но ты мне должен, — усмехнулся я.

— Барин, так ты лучше мне кулаком, да в морду. Не хочу я должным быть никому, — говорил Северин, явно осмелевший, что я ни какой-нибудь там родственник князя.

— Окстись, решим опосля. Ты, Северин, приходи ко мне завтра поутру, пока ещё князь точно спать будет, поговорим, — предложил я, копаясь в ящике с моими пожитками, чтобы найти зеркало.

— С чего это? — спросил мой обидчик, который, видимо, уже и забыл о том, что сделал.

— А с того, что князь прознает, что ты девок водишь в дом, в который и входить нельзя. Что меня, друга и наставника княжича, по лицу ударил. Так что жду тебя, — решительно, с металлом в голосе, сказал я.

Понурив голову, буркнув что-то вроде «добре, приду», Северин ушёл. Как же хотелось здесь и сейчас проучить этого «недоказака». Именно об этом «наказании» я и говорил Северину. Идти и жаловаться князю? Нет, конечно. Даже тот я, который был до синергии сознаний с человеком будущего, не стал бы так поступать. Что говорить обо мне, Надеждине, чье мужское самолюбие было изрядно задето.

Я уже понял, что все мои навыки из прошлой жизни пока не работают. Дело в моторике. Я знаю, что нужно делать, но не получается, мысли летят быстро, а вот действую медленно. Проводя бой с тенью, приходится, так сказать, «думать медленнее», чтобы успевать сделать то, что планировал. А как можно, к примеру, правильно и эффективно ударить, если рука слабая, растяжки никакой, сухожилия не укреплены тренировками? Так можно повредить конечность даже ударами по воздуху.