День выдался на удивление спокойным. Утренний брифинг отменили — Маркус сказал, что Рахману нужно время на проверку информантов, анализы Томаса ещё обрабатываются, новых данных нет. Взять сутки отдыха. Привести себя в порядок.

Пьер проснулся поздно, в девять. Позавтракал в полупустой столовой, вернулся в комнату. Лежал на койке, смотрел в потолок, думал ни о чём конкретном. Потом постучали в дверь.

— Дюбуа, ты там?

Жанна.

Он встал, открыл. Она стояла в джинсах и светлой рубашке, волосы распущены, никакого оружия.

— Пойдём в город, — сказала она. — Сидеть на базе целый день — сойдёшь с ума.

— Нам можно?

— Маркус разрешил. Главное — вернуться к вечеру и держать телефоны при себе.

Пьер пожал плечами.

— Хорошо. Дай десять минут.

Переоделся в гражданское — джинсы, футболка, лёгкая куртка. Глок спрятал в кобуру за спину, под куртку. На всякий случай. Запасной магазин в карман. Телефон, бумажник, сигареты. Всё.

Вышли через главные ворота. Охрана пропустила, записав время. На улице жара била сразу, но терпимо — не такая убийственная, как в полдень. Остановили рикшу — велосипедную, с навесом. Водитель — худой парень лет двадцати с широкой улыбкой.

— Куда едем? — спросила Жанна.

— Старый город, — сказал Пьер водителю по-английски. — Медленно, без спешки.

Парень кивнул, поехал. Крутил педали неспешно, лавируя между машинами, автобусами, другими рикшами. Дакка гудела, кричала, жила своей бешеной жизнью. Толпы на тротуарах, лавки, торговцы, нищие, дети. Запахи — специи, жареное мясо, выхлопы, мусор, цветы. Всё вперемешку.

Пьер сидел, смотрел. Город был другим при свете дня, без задачи, без оружия. Просто город, где живут люди. Женщина в красном сари несла корзину на голове. Старик сидел у лавки, курил кальян. Мальчишки играли в футбол на узкой улочке, мяч из тряпок.

Жанна смотрела тоже, молча. Потом сказала:

— Первый раз вижу тебя расслабленным.

— Я расслаблен?

— Почти. Плечи не такие напряжённые.

Он усмехнулся.

— Привычка. Легион научил всегда быть настороже.

— Легион научил многому, — согласилась она. — Но иногда нужно просто жить. Смотреть, дышать, быть.

Рикша свернула в узкий переулок. Здания старые, кирпичные, с резными балконами. Бельё висит на верёвках между домами. Лавки на первых этажах — ткани, специи, сладости. Запах кардамона, корицы, сахара.

Остановились у рынка. Пьер расплатился, дал на чай. Вышли. Рынок был крытым, полутёмным, прохладным после жары. Ряды прилавков — овощи, фрукты, рыба, мясо, специи, одежда, утварь. Продавцы кричали, зазывали, торговались. Женщины в сари выбирали помидоры, щупали манго, нюхали рыбу.