Все они были не лучше Дюваля: никто не заботился о народе, не шел за идеей – думали, с их столов пропадет заморский сыр да дичь, вот и вскипела их жадная кровь.

С Фабиана будто схлынула пелена. Он перестал казаться ужасающе огромным, дым потихоньку рассеялся, запах смерти исчез. Взгляд его забегал по комнате, пока наконец не вцепился в меня. Я поджал губы, выждал мгновение, кивнул.

Я рядом. Если не справишься, помогу.

Он рухнул на стул, зажал пальцами переносицу. Нужно сделать ему снадобье от боли – подавлять магию теперь опасно. Она осознала истинную силу, распробовала чужой страх, нашла слабые места тела, в котором обитала. Ей не понравится, что какой-то жалкий маг пытается решать, жить ей в полную силу или ютиться в темном уголке сознания.

Старик-казначей дернулся, и Вив тут же оказалась рядом, прижав нож к его горлу. Едва ли он мог навредить королю, но ей нужно было исполнять роль защитницы, особенно когда количество недовольных тем, как Фабиан ведет дела, могло заметно увеличиться.

– Это зверство! – крикнул Гидеон, брызгая слюной.

– Не согласен, – почти прошептал Фабиан. – Я просто проявил взаимность. И оказался чуть удачливее.

– Вы же сами говорили, нельзя всех несогласных!..

– Я отметил, что это вариант, пусть и не самый удачный. И один – не все.

– Сначала один, потом…

– В ваших интересах не вступать в его ряды, – устало отрезал Фабиан. – А теперь прочь.

Члены совета застыли на местах, изредка поглядывая на мертвое тело и тут же стыдливо отворачиваясь. Я махнул рукой – каждая дверь, которая вела в зал, приглашающе распахнулась – и даже поклонился, чтобы еще больше всех смутить:

– Вас проводить, господа? Могу скрасить путь интересной беседой.

– Не стоит, – скривился толстосум.

– Тогда поспешите. И несогласных, – я не стал смотреть на бледную тень воина, – заберите.

Как только в зале нас осталось трое, я захлопнул двери. Вивиан уже присела напротив Фабиана, чуть развернув его стул к себе, и я в очередной раз поразился, как стерлась меж ними грань приличий. Даже будь она юношей, эту вольность сочли бы недопустимой. Что уж говорить о том, что Вивиан сделала дальше.

– Приходи в себя, дорогуша, – строго приказала она, хлопая короля по щекам. – Посмотри на меня! Давай-давай, смотри, не то я тебе задницу…

– Не надо задницу, – усмехнулся Фабиан, с заметным усилием поднимая голову. Усталый, серый, хотя щеки и начинали розоветь. – Ну и выдумщица же ты. Каждый день что-то новое.

– Так не выкидывай такое, я и не буду выдумывать! – Вив схватила его за подбородок, подняла, осмотрела шею. – Вроде отступило.