Когда враг падает на землю, разрубленный на две части от одного лёгкого движения меча, а сам он не может никак тебе навредить — это заставит дрогнуть любого.

— Я уже примерил один, — произносит Никодим. — Доспехи ужимаются или увеличиваются под стать твоему телу.

— Они умеют появляться и исчезать?

— Нет. Кстати, мечи тоже этого не умеют.

— Как это? Веда ведь исчезает.

Между нами появляется небольшая краснокожая девушка-дух. Длинная рубаха до пят, рога на голове. Она не улыбается, хотя очень давно хотела попасть в сокровищницу Стародума. Это была её мечта.

— Они не живые, — отвечает девушка с грустью. — В отличие от меня, у них нет разума и они не умеют разговаривать.

— Разве духовные клинки не должны быть живыми, раз уж они духовные? — спрашиваю.

— Они как бы живые, но не совсем.

— Я не понимаю…

Девушка парит в воздухе, летая над головами чёрных воинов. Она притрагивается к каждому как бы проверяя их состояние. Много лет назад Веда была обыкновенным стальным мечом, но князь Горислав Лютогостович оживил её, превратил в мыслящее существо. Теперь Веда умеет принимать форму любого оружия, а так же появляться и исчезать когда захочет.

— Эти мечи тоже оживили, как и меня, но не до конца, — произносит девушка. — Они тоже духи оружия, но полуживые.

— Разве можно оживить наполовину?

— Оказывается, можно. Как я говорила, каждая вещь обладает духом… у любого камня и любого дерева есть дух. Обычно он дремлет, и живой человек никогда не узнает о его существовании. Но он есть. Каждая вещь на свете — живая на самом деле, но разбудить их может только человек с особой силой.

— Как у старого князя.

— Да. Горислав пробудил меня и теперь я живу в этом мире, а не в мире духов. Но он потратил на это очень много своих сил. Наверное, он не смог бы пробудить все эти мечи и доспехи так же, как и меня, поэтому пришлось сделать это только наполовину. Теперь они находятся и в этом мире, и в другом.

Сути дела это не меняет: клинки до сих пор бесконечно остры, а доспехи крепки. Разве что поговорить с ними нельзя, как с Ведой. Мне это и не нужно было, а вот девушка очень хотела встретиться с братьями и сёстрами. Грезила, как окажется в сокровищнице крепости, чтобы познакомиться с другими живыми духами. Но не тут-то было.

— Не расстраивайся, — говорю. — Где-то здесь наверняка должен быть ещё один живой дух оружия. Вряд ли Горислав Лютогостович полностью оживил только тебя.

— Я была оружием его жены — Акамиры. Его же собственный меч взорвался при его смерти, чтобы защитить близких.

— Мы ещё найдём твоих братьев, не расстраивайся.