— Что теперь? — спрашивает Светозара.
— Проследим за ним, — отвечает Никодим. — Хочу посмотреть, есть ли в его доме подвал, и не держит ли он там какого-нибудь бедолагу.
— Кстати, ты так и не сказал, какая у него сила.
— Я не знаю. Он ни разу её не применял.
Подождав немного, Никодим со Светозарой направляются вслед за Стихарём в ночь.
Глава 21
Дом у Стихаря оказался огроменный, двухэтажный, рассчитанный на пару десятков человек.
Когда-то здесь жил маленький удельный князь, у которого во владении была вся деревня Тишай. Но князь куда-то делся, поэтому дом отдали Стихарю.
Глядя на эту величественную постройку, у Никодима начинается приступ непреодолимого желания подпереть дверь и спалить гада прямо в месте его обитания. Но делать такое было конечно же нельзя. Во-первых, в подвале этого дома мог находиться такой же пленник, каким он сам был в детстве. Во-вторых, какое-то дурацкое убийство мучителя — слишком просто.
— Давай проберёмся внутрь, — предлагает Светозара.
— Пока рано. Он ещё не заснул.
С помощью своей силы Никодиму даже не нужно подходить к окну, чтобы заглянуть внутрь дома. Сквозь деревянный брус он видит, как Стихарь ходит между кроватью и шкафом на втором этаже, раздевается, аккуратно складывает вещи. Всё при свете маленькой лучины на столе.
— Знаешь, что меня так бесит?
— Что он до сих пор жив? — предполагает Светозара.
— Нет, это как раз хорошо.
— Тогда что?
— Он живёт нормальной жизнью. Я думал, что этот подонок забьётся в нору и будет сидеть там, страшась моей мести. А он вместо этого приехал в деревушку, отгрохал здесь церковь, и проповедует. Ещё и дом ему дали вон какой.
— Видимо, он не из пугливых.
— А ещё люди здешние ему в рот смотрят. Никто не понимает, какая гнилая у него сердцевина.
Стихарь превосходно умеет притворяться. Строить из себя того, кем он не является. Когда он впервые появился в Новгороде, то расположил к себе всю церковную верхушку. С самим митрополитом ужинал, во всех храмах его встречали с радостью, давали слово на службе. На людях Стихарь всегда был человеком, к которому тянутся. Каждое его появляение сопровождалось дружескими улыбками и радостными лицами. Когда он говорил, никто его не перебивал, а когда просил о чём-то, никто не отказывал.
— Лёг, — произносит Никодим. — Что будем делать? Проберёмся к нему сейчас или подождём до утра, чтобы проверить подвал, когда он уйдёт.
— Сейчас, — отвечает Светозара. — Если он держит под домом пленника, то нужно вытащить его как можно скорее.
— Тогда посидим тут немного, чтобы он успел уснуть.
Через некоторое время они поднимаются, чтобы прокрасться в дом Стихаря. Ночь, звёзды, стрекот сверчков, стучащее от страха сердце. Никодим ступает по высокой, давно не кошенной траве. Чем ближе он подходит, тем меньше у него остаётся сил, но ему нужно продолжать идти: ради человека, который может быть в плену у Стихаря, ради самого себя. Он никогда не обретёт душевный покой, если развернётся и уйдёт.