Глава 18
Мы вернулись к людям!
Прошло две недели после перемещения. Всё это время мы с Нежданом отбивались от чудищ, пробирались через непроходимый лес, чтобы вернуться на обжитые человеком земли. Тварей оказалось так много, что сражаться с ними было абсолютно бессмысленно. Им попросту нет числа. Единственное, что мы могли — бежать как можно быстрее и прыгать как можно выше, чтобы избегать стычек.
Две недели мы не видели людей, только друг друга. Хорошо хоть Веда радовала глаз.
Спать приходилось в землянках, прикрытых ветками, чтобы нечисть на нас не наткнулась. Ели сырое мясо, поскольку разжечь огонь нечем, да и опасно. Иногда попадались ягоды, но они составляли ничтожную часть нашего рациона.
Одичавшие, грязные, лохматые. Купленная в Новгороде одежда превратилась в рваньё. Но самое главное — чувство одиночества. Впервые за всю мою жизнь я на столько времени отдалился от людей. Все две недели я только и думал о человеческих лицах, которые обступят меня, как только мы вернёмся к нормальным поселениям. Оказывается, человек — такое же стадное животное, как скот, который он пасёт.
Только так можно объяснить наше озверевшее желание оказаться в окружении себеподобных.
— Смотрите! — вскрикивает Веда. — Люди!
Даже девушка-дух соскучилась по людям.
— Наконец-то, — вздыхает Неждан.
Перед нами поле, на котором с десяток человек собирает бобы. Чуть дальше виднеется совсем маленькая деревенька. Значит мы всё-таки вернулись из леса на родину. Это ещё не Новгородская земля — она чуть дальше на запад. Сейчас мы во Владимиро-Суздальском княжестве, владениях людоеда.
— Как я долго этого ждал! — произносит брат.
С отчаянным выражением лица он прыгает вперёд, преодолевая полсотни саженей, и оказывается рядом с мужчиной лет сорока. Неждан хватает его в объятия и так крепко прижимает к себе, что тот даже пошевелиться не может. Остальные люди на поле лишь с удивлением смотрят на происходящее. Кажется, они решают, представляем ли мы опасность. Стоит ли бросаться домой, спасать свои жизни.
— Не хочешь тоже кого-нибудь обнять? — спрашивает Веда.
— Хочется, конечно, — говорю. — Но я держу себя в руках.
— Люди! — кричит брат. — Человеческие люди!
Брат принимается целовать мужика перед ним в лоб. Тот, совершенно сбитый с толку, стоит и боится пошевелиться. Он уже понял, что Неждан очень силён и так просто избавиться от него не получится, поэтому просто замер.
— Брат твой скучал по людям побольше тебя, — замечает Веда.
— Похоже на то.
Закончив лобызать мужчину перед ним, брат смотрит ему в глаза и с чувством произносит: