Дворник хмыкнул, поправил треух.

— Иди ты, заливать-то будешь. Прикончил начальника полиции, да на свободе бегаешь? Врешь, да не краснеешь. Нашел дурака?

— А ты чего, братец, газет не читаешь? — ухмыльнувшись спросил Глеб. — Про Князева-то не слышал про такого, нет?

— Читал, твоё благородие, — сказал дворник. — Не дурак, чай, грамоте-то обучен. Котелок у меня варит получше многих. Читал я, что прикончили его. А уж да за что, поди разбери на самом деле. Я не дурак, я мозгой шевелю.

Он постучал себя пальцем по лбу.

— Ну, вот, — тут же подхватил Глеб. — Раз читал, что начальника полиции Князева на погост отправили, так разрешите представиться — это я с ним и покончил. Вот те крест.

Дворник уважительно присвистнул, сдвинул треух на затылок, с любопытством глянул на Глеба сверху-вниз.

— Ну ты лихой, паря, коли не шутишь, — сказал он. — И как тебя за такие подвиги-то к тачке не приковали, лет на десять. Это там они, в газетенках своих писали, негодяй, дескать, был Князев. А это ж всё равно выкрутиться надо было… Чтоб с такого дела, да сухим из воды, умудриться надо. Ну ты ловкач, ох, ловкач.

Глеб только цокнул языком и пожал плечами.

— То дела былые, — сказал он. — За пять минут и не перескажешь. Ты мне, лучше, вот что скажи. Как звать-то тебя?

— Фрол Прокопьевич.

Дворник достал из кармана овчинного тулупа папиросу, закурил, с любопытством глядя на Глеба.

— Ты, друг, часом, с Савельевым Михаилом Игоревичем-то не знаком? — спросил Буянов.

Фрол покривился, сплюнул.

— Не знаю я никого, — буркнул он. — Идите, лучше, у кого другого поспрашивайте. А у меня выспрашивать нечего. Нашли трепача? Ничего я не знаю и знать не хочу. Докладывать не обязан.

— Да ты не подумай чего, — сказал Глеб. — Пропал человек, жена волнуется, места себе не находит. Обещались помочь, вернуть в родной дом. А то, может, загулял-забылся, закрутило-завертело. Пора бы и домой, на теплые перины, пока женщина несчастная с ума не сошла от горя.

Этот аргумент кажется, искренне пронял ворчливого дворника.

— Ну, не знаком с таким, предположим, — проворчал Фрол. — Я с благородными дружбу не вожу. Не по чину мне.

— Такой тучный мужчина, в костюме клетчатом часто ходит, — ни на что особо не надеясь сказала Анна Витольдовна, припомнив, как выглядел Савельев на аукционных торгах.

— Ну, такого видел, предположим. Этого помню. Хороший господин. То гривенник даст, то папиросой угостит, — сказал Фрол. — А уж как звали, так то не интересовался, не интересно мне.

— А вчера-то видел его? — спросил Глеб. — Или когда?

— Ну, предположим, видел, — дворник поежился, выпустил струйку сизого папиросного дыма. — Подъезжал он тут, вчерась, на паромобиле своём. Потолковал с каким-то господином, да дамой, у подъезда. Сели они в паромобиль, да и уехали себе.