— Глеб Яковлевич, — тихо сказала Анна. — Прошу…
Нервно сглотнув, Буянов прикоснулся к рулю. Если это паромобиль Савельева, в чем он уже не сомневался, тот прикасался именно к нему. Голову закрутило штормом чужой эманации. Страх, черный, липкий, скользкий, обхватил щупальцами всё сознание, затем яркая вспышка удивления и паника. Такая, будто упал на спину и не можешь вдохнуть, лишь судорожно дергаешь грудью, силясь поймать еще один, хотя бы один глоток воздуха. Всё заходится в вихре и дальше мрак…
— Глеб… Глеб Яковлевич! — донесся будто из другой вселенной голос Воронцовой. — Что там?
— Кажется Михаил Игоревич мертв, — с трудом сглотнув комок в горле и стараясь не выдать своей слабости дрожанием рук, ответил Глеб. — Вероятнее всего задушен.
— Думаете это та самая парочка поработала, о которой ваш дворник рассказал? — спросил Порфирий. — Какой-то мужчина и женщина?
— Других подозреваемых у нас и нет, — пожал плечами Глеб. — Да и с этими-то, по правде сказать, ничего не понятно. Кто такие, зачем? Что им сдался этот артефакт Брюса?
— Если тела здесь нет, — нарочито холодно сказала Анна, — значит оно там.
Она кивнула в сторону, туда, где за стволами сосен виднелись вдалеке почерневшие от пламени развалины дома Люмэ.
Глава 5
Обгоревшие обломки некогда диковинного волшебного замка сейчас выглядели как остов корабля, выброшенный на берег.
— Будьте предельно осторожны, — сказала Анна. — Мы не знаем, что там впереди.
— Ничего хорошего, это уж точно, — отозвался Порфирий, осторожно вышагивая между сгоревших досок. Его рыжая шерсть взъерошилась от холода, делая кота похожим на пушистый шар. — В таких местах обычно водятся либо крысы, либо что-то похуже.
Они пробирались под поваленными балками и между покосившихся треснувших стропил. Доски под ногами опасно поскрипывали, точно готовились вот-вот проломиться и уронить трёх неосторожных путников в бездну.
— Взгляните сюда, — Порфирий кивнул в сторону, его зелёные глаза сверкнули в полумраке. — Кажется, здесь кто-то недавно побывал.
И впрямь. В отличие от основной части того, что некогда гордо именовалось Замком-причудой, а ныне превратилось в жалкие останки ушедшей эпохи, тут виднелись свежие следы работы. Часть камней и обгоревших деревяшек аккуратно убрали в сторону, сложив в небрежную пирамиду. Снег был истоптан множественными следами — здесь явно ходило несколько человек, а может, и больше.
Анна прищурилась, и Глеб последовал её примеру. Следов аур тут имелось куда больше, чем во всей округе, однако находились ли среди них те, что удалось считать в машине, он не понимал.