— И всё же, боюсь, в таких делах первый подозреваемый… — осторожно начал Глеб.

— Я всё прекрасно понимаю, — прервал его Лазарев. — Не надо мне разъяснять банальности. Если окажется, что мой родной сын решил избавиться от старика, пусть так. Поймайте его за руку и отдайте на мой суд. Если это будет кто-то другой — то же самое. Вот и всё.

— Понял. Кто ещё из гостей и слуг завтра будет в доме?

— Очень близкий круг. Слуг держу всего двое, кухарка Акулина, да слуга Еремей. Они со мной полвека уже, почитай. Из гостей только мой сын и две семейные пары. Сын моего коллеги по старому бизнесу, с женой, да дочка покойного сослуживца, с мужем. Вот и всё.

— Вы уже сообщали кому-нибудь о полученной угрозе? — спросил Глеб.

— Пока что вы двое первые.

Лазарев крепко стиснул пальцы на набалдашнике трости, несколько раз пристукнул ей по полу, будто втыкает шпагу в чье-то тело.

— Ума не приложу, кому из них пришло в голову убить меня. Да и за что? Что за времена нынче пошли, никакого благородства. Если раньше надо было кого-то убить, то кидали вызов на дуэль, а сейчас… Вы были когда-нибудь на дуэли, молодой человек?

— Довелось разок, — ответил Глеб, припомнив как давным-давно, казалось уже в прошлой жизни, выстрелил в Бакунина.

— Это хорошо. Значит, вы мне подходите. Итак, моё предложение. Завтра приезжаете в мой особняк, поприсутствуете на ужине. Сумеете поймать убийцу до того, как он расправится со мной — отлично. Если нет — поклянетесь не оставить это просто так и довести негодяя до суда. Если же всё это окажется лишь чьим-то дурным розыгрышем — значит просто отужинаете со мной и моими близкими. Аванс можете оставить себе в таком случае. Мы договорились?

— Договорились, — кивнул Глеб.

Мужчины поднялись и пожали друг-другу руки. Глеб поймал эмоции Лазарева. Полное спокойствие, уверенность в своих силах и скрывающаяся мощь. Чувство, будто смотришь на ледяное море зимой.

— Ах да, — прибавил старик, — надеюсь, этот прекрасный рыжий господин тоже составит вам компанию завтра? Почту за честь.

— Никогда не имел привычки отказываться от прекрасного ужина, так ещё и в обществе столь уважаемого сударя, как вы, господин Лазарев, — важно отозвался Порфирий.

— Вот и славно, — ответил старик. — Значит жду вас завтра. Напишите адрес, пришлю за вами своего сына, заодно познакомитесь, раз уж волею судьбы он главный подозреваемый.

Лазарев убрал записку с адресом квартиры Глеба, затем достал из внутреннего кармана сюртука пухлый конверт, положил его на стол.

— Это аванс. Справитесь с поимкой этого любителя записок — получите ещё столько же, плюс премия. До завтра, господин Буянов. Господин Порфирий.