Бран спросил, делать ли второй держатель для малых парных пластин.
— Зачем?
— Первый один.
— Очень наблюдательно.
— Если понадобится одновременно сравнивать две ориентации, придется переставлять.
— Пока одного хватает.
— Тогда не делаю.
— Спасибо.
— За что?
— За то, что сначала спросили.
Он посмотрел.
— ПН.
— Убирайтесь.
Ушел довольный.
В половине шестого пришел ответ Керна.
Не через Лорана лично.
Зарегистрированный лист.
Мирта приняла.
Передала мне.
Коммерческий текст занимал три строки:
«Уведомление получено.
Действующие права Кернского транспортного дома считаются неизменными в пределах подписанного договора.
Возражений против переговоров Терран с иными заказчиками вне этих прав нет».
Ни слова о военном ведомстве.
Ни вопроса, сколько они предложили.
Ни попытки напомнить, что Керн был первым.
Я перевернула лист.
На обороте ничего.
Правильно.
И все равно перед тем, как убрать документ, я заметила подпись.
Не Лорана.
Эрваст Керн.
Он не приехал.
Не попросил разговора.
Не использовал военный интерес как повод вернуться в контору.
Просто подтвердил мое право делать то, что сам когда-то не хотел, чтобы я начала слишком рано.
И это было маленьким, проверяемым фактом.
Не доверием.
Пока нет.
Фактом.
Я убрала лист в договорную папку.
Не в личную.
Так ему и было место.
Мирта уже закрывала книгу.
— Домой?
— Через десять минут.
— Что еще?
Я взяла первоначальное военное предложение.
Толстую сумму.
Три года.
Формула.
Право производства на другой площадке.
Запрет на рынки.
Потом рядом положила наш короткий лист принципов неэксклюзивного исследования.
Первый документ обещал почти решить денежную часть жизни мануфактуры.
Второй пока не обещал почти ничего.
Только оплату реальной работы, если мы договоримся.
Я перечеркнула на копии первоначального предложения строку:
«Исключительная передача технической разработки».
Ниже написала:
«Не принимается».
Мирта посмотрела.
— В отдельную папку?
— Да.
— Как назвать?
Я подумала.
Не «военные».
Не «оружие».
Потому что никакого оружия у меня не было.
Даже защитной технологии пока не было.
Было стекло с новым свойством, которое мы только учились измерять.
— «Военно-инженерное управление. Исследовательское предложение».
Она написала.
— А эксклюзивное?
Я закрыла первоначальный лист.
— Отказано.
Мирта убрала его в папку.
Потом достала документ Палаты о прекращении старого взыскания и положила в другой шкаф.
Два решения одного дня.
Одно огромное предложение я не приняла.
Один огромный старый риск наконец перестал существовать.
Мануфактура осталась моей.
И технология тоже.
Глава 30. Возвращение Эрваста
Мирта уже убрала папку Военно-инженерного управления в шкаф, когда Левес снова появился в дверях.