«Но ведь она близко», — напомнил ворон.

«Она близко с того дня, как я родился. Впрочем, как и у всех, — заметил Эш. — И что, мне нужно было всю жизнь о гробовой доске думать?»

Тут кроме звуков далекой битвы ветер откуда-то принес угрожающий и протяжный вой волков.

— Это наши, что ли? Одержимые? — проговорил Крыс, озираясь по сторонам.

— Может быть, — пожал плечами Эш. — Защитного поля-то нет. Теперь сюда может принести кого-угодно, и одержимых тварей — тоже.

— Ну, одержимых тварей сюда и так уже принесло, — хмыкнул Аншар, намекая на стигматиков. — Одной больше, одной меньше...

— И то верно, — улыбнулся Эш.

И вообще если сюда хлынут одержимые твари, это будет уже не его проблема. Местным придется как-то самостоятельно решать ее. И от этой мысли Эш вдруг испытал облегчение.

Хоть какие-то проблемы в этом мире созданы не для его хребта!

Красногрудые впереди явно торопились, то и дело переводили своих усталых коней с шага на рысь.

Эш в ответ на это только кривил губы и продолжал ехать шагом, отчего проводникам приходилось время от времени останавливаться и ждать.

Вечер застал всех в открытом поле. Погода испортилась, небо заволокло тучами, отчего сумерки сразу превратились в непроглядную тьму.

Тогда Эш осветил дорогу с помощью своего солнечного дара. Кто бы мог подумать, что умение быть светлячком окажется таким полезным и практичным?

Наконец, вдалеке показались очертания города. На высоких крепостных стенах полыхали огромные факелы, освещая зубчатый верхний край и огромные двойные ворота.

— А тут, похоже, стена-то нормальная, а не просто для красоты, — заметил Крыс, с прищуром разглядывая проступившие в черном небе очертания города.

— Ну еще бы — тут-то наверняка им приходилось держать нешуточную оборону. И, возможно, не один раз, — предположил Эш. — Сила акад — штука соблазнительная.

— Думаешь, аристократы пытались отвоевать их друг у друга?..

— А шут их знает, — пожал плечами Эш. — Но судя по внешнему виду, они по крайней мере не исключали такой возможности.

Проводники повстанцев остановились. Дарий, развернув свою лошадь, двинулся навстречу Эшу.

Тот придержал коня и высоко поднял руку, привлекая внимание всего воинства к происходящему. Его армия послушно сбавила темп и тоже остановилась.

— Что случилось? — спросил Эш.

— Дальше всю армию тащить нельзя, — заявил Дар. — Внутрь войдешь только ты и еще два-три сопровождающих, не больше.

Эш прищурился.

— Такой договоренности не было.

Дарий фыркнул.

— Само собой, нельзя тащить в одну из двенадцати столиц весь этот... — он вовремя прикусил язык, осознав, что сейчас может брякнуть что-то не то, и тут же поправился. — Весь этот балаган со стадами зверей и толпой одержимых стигматиков.