Кое-что вызвало у меня особый интерес. На поясе у него крепилось нечто металлическое, с деревянной рукоятью. Один в один пистолет, даже спусковой крючок на месте и прицел.

Усатый одарил меня кивком и кривой улыбкой.

— Так ты и есть демонолог? — спросил я слегка охрипшим от длительного молчания голосом. — Сам решил нас найти?

Он склонил голову набок.

— А ты и правда везучий. Слухи не врут. — Его голос выдавал преклонный возраст, возможно, он был старше, чем я подумал, а может, тоже со вчерашнего дня ни с кем не разговаривал.

Я усмехнулся.

— Про тебя тоже много чего говорят.

Он лишь пожал плечами и подошёл к месту, куда упала порванная верёвка. Наклонился, взял в руки оба растрёпанных конца и осмотрел место обрыва.

— Надо же. Я проверял, верёвка была целой, а теперь будто прогнила в этом месте. — Он взглянул на меня с подозрением. — Одно дело, когда удача кладёт тебе в руку карты получше. Другое — когда рисует новые или приносит запасную колоду.

Я фыркнул, вдруг почувствовав случайно попавший за шиворот снег, постарался его поскорее оттуда убрать.

— Ты упрекаешь в шулерстве меня или мою удачу?

— Никаких упрёков. Просто наблюдение. — Демонолог загадочно улыбнулся.

— Ловушка интересная, но зачем её здесь ставить? Чтобы меня позлить?

— Проголодался немного, думал зверя какого-нибудь поймать покрупнее, — ответил усатый, как будто даже искренне. — Ты слишком долго меня искал, я бы так и от голода помер.

— Не помер же. Да и какие здесь звери? Почти все ещё спят, зимних зверей демоны распугали, а что и осталось, то даже демонам не по зубам.

— Твоя правда. Но и мы не простаки, — с задором заметил усатый.

— У тебя есть имя?

Он выпрямился, взгляд из-под полей шляпы стал цепким.

— Доу меня зовут. А ты Степан?

Я немного напрягся. Имени я не скрывал никогда, но народная молва разносила прозвища, порой не очень приятные и даже абсурдные.

— Хорошо подготовился, раз знаешь моё имя. — Я ещё раз пригляделся к его поясу. — Что у тебя там? Пистолет?

Доу пожал плечами:

— Не знаю, что такое пистолет, но это моё особое изобретение, называю его пироллум.

— Пироллум… Звучит не очень. «Пистолет» удобнее выговорить. Так у нас это называется.

— Я бы с удовольствием послушал о твоём мире, — с напускной вежливостью протянул Доу. — Это одна из причин, по которым мне хотелось тебя найти.

— Меня тоже часто ведёт любопытство, — проявляя солидарность, произнёс я. — Но ты здесь не за этим.

— Ответ слишком явный для нас обоих, — заметил Доу с ухмылкой, затем поднял палец, будто что-то его отвлекло. — Мы не одни. Слышишь?