Она подходит к Степаниде и начинает с ней о чём-то шушукаться. К ним подтягиваются остальные действующие лица.
Фотограф сделал своё чёрное дело и пошатываясь бредёт в сторону. Он присаживается на бордюр, потом откидывается спиной на траву и замирает в неподвижности.
— Устал, бедняга, — комментирует Жека.
— Да что это такое?! — со слезой в голосе говорит Лида, —я сегодня два часа накручивалась и всё зря.
— Ребята, спокойнее, — встревает худенькая очкастая блондинка с пышной, как пакля, причёской. — Видите, тут товарищ Комаров из райкома. Он во всём разберётся. Не надо сеять панику!
— А ты, Аллочка, не на комсомольском собрании, — тут же шипит на неё Лиза, — так что не командуй тут. Твой "товарищ Сергеев" что, встанет и нас сфотографирует?
Не знаю, что служит причиной. Может то, что я до сих пор не воспринимаю окружающий мир как реальность и плевать мне пока и на Степанду, и на товарища Комарова. Может профессиональная гордость и презрение к таким вот пентюхам. Ну а может, желание Алика выперндриться перед Лидой и перед всем остальным классом до кучи.
Только ноги сами выносят меня вперёд.
— Ветров, ты чего?! — разворачивается ко мне навстречу учительница, — я не разрешала никому уходить!
— Позвольте, я сфотографирую, — говорю со всей возможной убедительностью, — я умею.
Глава 3
— Это кто вообще такой? — товарищ Комаров смотрит на меня, как на мышь посреди кухни.
— Альберт Ветров, наш отличник и активист, — оправдывается учительница. — он фотографией увлекается, — не слишком уверенно добавляет она.
Училка явно недовольна моей выходкой. Выскочек во все времена не любят.
— А ты сможешь? — восклицает с надеждой кудряшка.
Она сейчас готова схватиться за любую соломинку. Миссию по сопровождению фотографа, судя по всему, доверили ей, и она перестаралась с гостеприимством.
Глаза Степаниды поднимаются на меня как два орудийных жерла. Точно, не женщина, а линкор. В её голове идет сложная мыслительная работа.
— Всего один кадр, — говорю я, — Хуже уже не будет.
— Будет, — изрекает Степанида, — если он фотокамеру сломает. Вещь ценная. Дорогая.
Про меня она говорит в третьем лице, словно я нееспособен и за меня должны отвечать "взрослые".
— Моё дело предложить, — пожимаю плечами я, — Выпускной класс без фотографии останется. Без вариантов. Думаете, у него резкость свелась хоть на что-то?
Я показываю на "товарища фотографа". Тот уже дрыхнет, выдавая носом мелодичные рулады.
— А кто в этом виноват? —неприятный тип из райкома прессует взглядом няшу.
— Сами же сказали "накормить гостя", — по десятому кругу оправдывается она, — Кто ж знал что, он так накушается…