А ещё я понимаю, что без экспонометра отсюда не уйду, чего бы мне это ни стоило. Это выше моих сил.
Глава 14
— Подождите пять минут, — говорю продавщице.
— Вы меня кликните, и я подойду сразу, — она с облегчением смывается к своим подружкам.
Вот я и узнал цену советским деньгам. В тот самый момент, когда мне их не хватило. Последние лет пять я вообще не испытывал недостатка в средствах. Получал, всё что хотел, просто протягивая руку с банковской карточкой и даже не глядя на стоимость.
И вот теперь я понимал, что хочу эту вещь, но не могу себе её позволить. Оскорбительно, прямо как пощечина. Я почувствовал себя тем, кем сейчас на самом деле был. Не Гарун-аль-Рашидом, гуляющим под чужим именем и с чужим лицом, а простым школьником из захолустья без денег и связей.
Это было отрезвляюще, и, что важнее, пробудило злость и азарт. Я привык выигрывать и не боялся больших ставок.
Спускаюсь вниз, отодвигаю полог из марли, и вновь захожу в кабинет заведующей. Та удивлённо поднимает глаза.
— Людмила Прокофьевна, —говорю, — одолжите мне пятьдесят рублей.
Она смотрит на меня с каким-то презрением.
— Ты с дуба рухнул, мальчик?
Не отводя взгляда, снимаю с руки часы "Слава" и кладу перед ней.
— Они стоят в два раза больше, — говорю. — Если не верну долг через два дня, сдадите в комиссионный.
Заведующая удивлена, но в её взгляде вспыхивает интерес. Торговая натура, значит, прибыль у неё на первом месте. Я понятия не имею, где возьму деньги, но два дня, это не тридцать минут.
Она берёт в руки часы, внимательно и оценивающе осматривает их.
— Дорогие. Откуда они у тебя?
Одет я более чем скромно, и на владельца такой вещи не тяну.
— От отца, — поясняю, — ему за победу в соцсоревновании вручили.
— Не жалко? — поднимает бровь.
— Я же их не продаю. Это залог.
— Зачем тебе деньги?
— Экспонометр у вас в магазине увидел, — отвечаю честно, — очень нужен.
— Это такая штука с циферблатом? — заведующая помнит все свои товары наизусть. — Мы ещё гадали, зачем она нужна.
— Ага. Ваша сотрудница считает, что это компас.
Теперь она смотрит на меня также, как раньше на часы. Вид как у брокера, который готовится сделать венчурную инвестицию в рискованный стартап.
— Ты действительно разбираешься во всех этих штуковинах? — во взгляде любопытство.
— Да, — киваю, — считайте меня вундеркиндом.
Люди всегда чувствуют уверенность, а я говорю и действую уверенно. Семнадцатилетний пацан не будет себя так вести с женщиной вдвое старше, но мы тут не в ролевые игры играем, правильно? Даже если она чувствует неладное, а у таких людей инстинкты развиты отлично, какие выводы она может сделать?