В уши не долбит бодрящая музыка. Ласковый голос виртуального тренера не нашёптывает пройденное расстояние и среднюю скорость. Зато воздух вокруг чистейший. Нет в нем ни смога промышленных гигантов, ни выхлопных газов от личного и общественного автотранспорта. Проехал мимо ГАЗон, гружёный молочными бидонами, и снова тишина. Только кузнечики стрекочут, петухи орут, да соседи, завидев меня, переговариваются.

— Куда это Алик припустил?

— На электричку, видать, опаздывает!

— А в трусах чего?!

— Вот ты дура! Понятно же, что проспал и одеться забыл!

— Сам ты, старый пень! Кто ж его в трусах в электричку-то пустит?!

— Эй, Алик! Станция-то в другой стороне!

Я наивно решил, что в половине седьмого утра Берёзов будет мирно спать, и я пробегусь по улицам посёлка в гордом одиночестве. На самом деле, для селян это был пик активности.

Одни в характерной позе "раком в борозде", пропалывали огороды, чтобы успеть до полуденного зноя. Занятие это было исключительно женским, и некоторые приподнятые попы были очень даже ничего. Другие выгоняли из калиток коров, чтобы присоединить их к общему стаду. Третьи развешивали на верёвках бельё, которое уже когда-то успели постирать. Жизнь бурлила, и я вбежал прямиком в её водоворот.

Обсуждения и выкрики я гордо игнорирую, но через несколько кварталов мне приходится остановиться.

— Альберт, ты куда это в таком виде?

— Пробежка у меня, Ульяна Дмитриевна, — топчусь на месте, чтобы не сбить темп. — Не читали в журнале "Здоровье"? "Бег трусцой — будущее массового спорта" статья называется. В здоровом теле — здоровый дух!

— На самом деле, одно из двух, — хмуро парирует моя классная руководительница, и по совместительству учительница русского и литературы. — Лучше бы ты с таким энтузиазмом к экзаменам готовился.

— А они когда? — искренне удивляюсь я.

Честное слово, я думал вся эта мутотень со "школьными годами чудесными" уже позади.

— Ну вот, глупеешь на глазах, — заявляет она, — послезавтра первый экзамен. Сочинение.

Новость убивает меня наповал. Да я последний раз ручку в руках держал, когда в паспорте расписывался! Запятые расставить могу, только когда Ворд зелёненьким подчёркивает. Вот тебе и подарки судьбы.

— А бегать на стадионе надо, — добивает меня она, — в специально отведённое для этого время.

— Не люблю по кругу бегать, — отвечаю, — я же не лошадь на карусели.

Классуха недовольно поджимает губы. Может я, конечно, зря ей так. Но ещё с собственной школы терпеть не могу таких людей, которые лезут в каждую бочку затычкой. Вчера перед целым классом лепетала "ребята-ребята…", а отдельно взятого отличника строить пытается.