Зарплату в ДК платили крохотную. На руки выходило 73 рубля, не считая копеек. "Мам, а сколько ты получаешь?.. Чего это ты заинтересовался, Алик?.. Да вот думаю, может в артисты пойти?.. Даже не вздумай, горе луковое… Политех закончишь, человеком станешь… ".

Разговор за ужином вышел насыщенным. Аккуратно, как Штирлиц в тылу врага, я вытягивал из нынешней родительницы имена-отчества учителей, соседей и прочих полезных личностей. "Нам тут литераторша сказала… ну как её… Ульяна Дмитриевна?.. вот-вот, точно… ".

Та, конечно, удивилась моей забывчивости, но списала всё на подростковые гормоны и на "Лидку-дрянь", которая забила мне всю голову.

Реабилитировал меня в её глазах зверский аппетит. Я уминал жареную на сале картошку с луком, так словно давно не ел ничего вкуснее.

Умереть с голоду в советском селе было нереально. Мама вела кружки по пению и хореографии. Родители учеников регулярно одаривали "некультяпистую" по их мнению преподавательницу, то свежим молоком, то картохой, а то и куском свежего мяса.

А вот с вещами дело было худо. Про материно платье и говорить не хотелось. "Бедно, но честно". У меня самого в шкафу обнаружились пара брюк, одни шорты до колен, две простецкие рубахи без всяких рисунков и модных воротников, пара маек-алкоголичек, ботинки в которых я проходил весь день и стоптанные кеды. Зимние вещи тоже где-то были, но их я искать не стал. И так было всё понятно.

Мне даже стало стыдно за наличие магнитофона. Наверняка на него пошли сбережения ни за один год. Может, подарок на совершеннолетие?

Материальное благосостояние семьи надо было срочно поднимать. Алик, по своей подростковой наивности об этом не задумывался. Он искал ориентиры для подвигов в своих книжках. А, может быть, верил в проторённый путь: школа, институт, работа. Но я рос в другое время и знаю, что всегда можно сократить путь и срезать углы.

Вот только что я могу? Найти клад? Отродясь не слышал, чтобы в Берёзове раскапывали что-то достойное. . Мне кажется, богатые люди уже много веков обходили Берёзов стороной, ибо нехрен тут было делать. Грабить некого, тратить не на что. Клады отпадают.

Замутить схему частного предпринимательства? Насколько я помню, в советское время за это могли и к стенке поставить, если в "особо крупных размерах". А если по мелочи, то закроют годика на два. Не хотело советское государство, чтобы его граждане богатели.

Единственный мой талант — это фотография. Тут я действительно силён, без ложной скромности. Но как убедить в этом окружающих? Фотограф, это прежде всего имя. "Личный бренд", как сказали бы в двухтысячные. А мне семнадцать и в моих успехах не уверены даже одноклассники.