Надо срочно искать себе партнёршу по возрасту. Даже срочнее, чем мышцы качать или миллионы зарабатывать. Иначе подобные профурсетки так и будут мозги крутить, пользуясь физиологической беспомощностью.

Вот только по какому возрасту? Даже для какой-нибудь студентки-второкурсницы я сейчас всего лишь шестнадцатилетний сопляк. А своих ровесниц я ощущаю малолеткам и, переступить через это внутреннее "табу" не могу и не хочу.

Лида воспринимает моё молчание на свой счёт.

— Глупенький, — говорит она тем самым мурлыкающим тоном, от которого мурашки только усиливаются. — Он просто сосед мой. Мы с детства дружим, в одной песочнице куличики лепили. Он меня просто провожает иногда, чтобы пацаны не приставали. С тобой-то они всё равно приставать будут, а его боятся, — расчётливо разбивает она самолюбие Алика одной фразой.

— Ну так что ты во мне вообще нашла? — удивляюсь. — Ходила бы с ним и дальше, раз он такой грозный.

— Алик, ты в последнее время головой не бился? — Лида меня внимательно осматривает. — Ты забыл, о чём мы договаривались?

Кажется, Штирлиц близок к провалу.

— Экзамены, — жалуюсь я, — совсем в мозгу шарики за ролики закатились. Сочинение же послезавтра. "Я помню чудное мгновенье… Передо мной явилась ты..." — произношу с выражением.

— Вот теперь узнаю своего Алика, — смеётся Лида. — Готовься хорошо. На тебя вся надежда.

Мы останавливаемся около основательного двухэтажного дома. Два окошка в нём светится, а за шторами мелькает женский силуэт, но Лиду это не смущает. Живут они в этом доме вдвоём с матерью. Та работает на фабрике, не на руководящей, но вполне солидной хозяйственной должности, которую назвать мне никто не смог, но все описывали кратко и ёмко: "при колбасе".

Про свою ветреную одноклассницу я уже навёл кое-какие справки. Говорили про неё охотно и много, но редко когда хорошо.

Женская часть населения считала род Лиходеевых карой небесной, ниспосланной на Берёзов за какие-то неведомые грехи. Рождались в этой семье исключительно девочки, умудряясь передавать свою фамилию из поколения в поколение. Возможно, они размножались почкованием, как инфузории-туфельки.

При этом мужским вниманием Лиходеевы совсем не брезговали. Поэтому, говоря о Лидиной мамаше, непременно добавляли эпитет "шалава", а бабку и вовсе считали ведьмой.

Вот такую невесту себе выбрал Алик. Браво! Мои аплодисменты.

Перед домом пышно цветёт сирень. Запах стоит одуряющий. Мы обходим заросли и садимся на одиноко стоящую лавку. Теперь от улицы нас отделяют кусты, а окна дома находятся выше наших голов. Такой вот укромный уголок.