— Советом, говоришь? — Митрич снова воинственно топорщит усы.

— И реактивами, — напоминаю, — ну и может, у вас плёнка найдётся…

— Пойдем-ка, сначала чаю попьём, — говорит Митрич, — а то эвон ты быстрый какой.

Он снова ныряет за штору, и я иду следом. Мы оказываемся в комнатке вдвое меньше студии. Тут пронзительно пахнет химикатами, висят на леске портреты, закреплённые прищепками. Сразу по четыре штуки, на документы и одинарные "художественные". У всех людей на фото одинаковое выражение лица. Торжественное и испуганное одновременно.

Митрич наполняет чайник из одиночного крана над рукомойником и ставит его на электроплитку.

— Брешут тебе эти курвы, что плёнки у них нет, — говорит Митрич. — Они её просто на прилавок не выкладывают. Потому что у неё срок годности вышел.

— А почему не списывают, чтобы новую прислали? — удивляюсь.

— Тогда им премию могут урезать, что план не выполняют, — Митрич рубит воздух ладонью, и я живо представляю себе его, скачущим рядом с Будённым в лихой конной лаве, — эти жучки свою выгоду твёрдо знают. Будь моя воля, я бы торгашей через одного к стенке ставил. Не ошибёшься!

Старый фотограф нашёл себе свежие "уши" и быстро отпускать гостя не намерен. Но я и не спешу. У меня не будет второго шанса, чтобы создать первое впечатление о себе. А Митрич, это глыба, и очень серьёзный союзник, если будет на моей стороне.

"Гвозди бы делать из этих людей. Не было б крепче в мире гвоздей!".

Мне нравятся люди, умнее или опытнее меня. Для нашего времени странная черта. Принято окружать себя теми, кто тебе уступает. Так легче выигрышно смотреться на их фоне.

Но только у тех, кто больше знает, лучше умеет, обладает уникальным опытом, можно чему-нибудь научиться. Только глядя вверх, человек способен расти. Так что я не считаю разговор со старым фотографом потерянным временем. Хотя говорит, в основном он сам. Я только киваю и распахиваю глаза пошире в нужный момент.

—Я самого маршала Рокоссовского снимал, — горячится он, — на коне! А конь вспышки испугался, как на дыбы подымется!

—И что, получилось?!

— Ещё бы у меня не получилось, — Митрич гладит седой ус, — в "Красной звезде" напечатали. А поначалу на "губу" чуть не отправили, хе-хе. Пока фото не увидали.

Митрич заваривает чай в простой стеклянной банке, а потом разливает по стаканам, щедро доливая себе что-то из плоской металлической фляжки.

— А как-то раз я министра пищевой промышленности снимал, — рассказывает, —он на фабрику к нам приехал. Нужно было групповое фото В Ленинском зале темно, а я без вспышки. Прошу свет побольше сделать, а у них лампочка перегорела. Туда-сюда, пока за новой послали… Министр злится. Поезд у него.