— Я не настаиваю, чтобы вы делали все так, как на моей родине, — развел руками купец. — Но мое сердце наполнится радостью, если вам удастся хоть на тысячную долю приблизиться к истинным жемчужинам банного искусства в моей стране.

После того, как меня тщательно помыл рукавицей-мочалкой даллак, я сполоснулся прямо здесь, в парной. В стене было два крана с холодной и горячей водой. Вот оттуда в деревянный тазик и набрал воды, которой смыл мыло. А затем мы с Али пошли в бассейн. Вода в нем была теплой, но не горячей. Самое то, чтобы остудить тело после жара в парной.

— Признаюсь, — продолжал делиться купец, — однажды я попробовал и по вашему методу париться. В сухой парной, а затем в холодную воду окунуться. Ух, и продрог я тогда! — радостно смеясь, сказал купец. — Второй раз уж в воду прыгать не стал.

— А зря, — покачал я головой. — Во второй раз, если хорошо прогреться, уже не так холодно. А в третий и вовсе почти не чувствуешь мороза.

Я вспомнил, как сам однажды на крещенские морозы в будущем попарился в русской баньке и потом окунулся в прорубь. Да уж, в первый раз и правда думаешь, будто все тело окоченеет. Заходить снова не хочется абсолютно. Но если преодолеешь это чувство, веником как следует себя прогреешь, то уже совсем иные ощущения при повторном заходе испытываешь. Начинаешь удовольствие получать от столь экстремальной смены температур. И кожа уплотняется, словно невидимой броней от перепада температур обрастает.

— Может, и попробую как-нибудь снова, — тут же кивнул Али.

Мы еще разок зашли в парную, но уже просто посидеть, погреться, после чего перешли в «теплую комнату». Но не в кабинку, где стригут, а во вторую, где чай и кальян подают. Али мне тут же предложил подымить, но я отказался, остановившись на чае. С темы бани мы перешли на массаж. Я хотел попросить у Али найти специалистов из его страны, на что купец согласился, однако сразу предупредил, что не может обещать, что кто-то поедет в нашу страну. Ну нет, так нет. Я и сам смогу по типу Пелагеи разминающему массажу обучить.

Где-то через полчаса нашей неторопливой беседы к нам зашел слуга и передал купцу, что наконец прибыл Фаррух-хан. Али тут же предложил переместиться в дом, на что я не возражал. Удачная была идея сходить к нему, вместо того, чтобы сидеть в съемной комнате и с напряжением ждать неприятной встречи с Перовой и последующего трудного разговора. Всегда неприятно лишать людей иллюзий. Они от этого потом тебя ненавидеть начинают. Мало кто готов снять свои розовые очки, которые дают ему уют и защищают от жестокости окружающего мира.