Это я пока даже записывать не стал. Лето к концу подошло, а строить по осени, когда дожди сейчас часто будут лить, нет никакого смысла. Оставим на будущий год, если ничего не поменяется.

— Ткань из конопли, — выводя новый пункт, проговорил я его вслух. — Так, саму траву собрали, сейчас она сушится. Надо будет в конце месяца снова по деревням проехаться, да узнать — на какой стадии идет ее обработка. Проект тоже не быстрый, мгновенно результат не даст, но потенциально перспективный. Собственное производство тканей — это дешевая одежда для наших крестьян. А когда крепостное право отменят, им не будет смысла с наших земель никуда уходить в город тот же, ведь и здесь у них работа будет. Ладно, ставим галочку — в процессе.

Тут в дверь раздался осторожный стук, отвлекая меня от работы.

— Входите!

После моего окрика, дверь открылась, и на пороге появился Тихон. Парень мялся, чувствуя себя не в своей тарелке.

— Что-то случилось? Ты проходи, не стой там.

Зайдя в мою комнату, парень еще помялся, а затем выдохнул, словно бросается в омут с головой, и выпалил:

— Господин, а чего вы Алену выгнали?

Я мысленно подосадовал на себя, что не подумал — как Тихон на это отреагирует. Хорошо, что он сразу ко мне пришел, а не начал тайком что-то выяснять.

— Присаживайся, — махнул я ему рукой на свою кровать.

А то смотреть снизу вверх на него со своего стула было неудобно. Тихон осторожно приземлился на кровать и даже слегка на ней поерзал. По его лицу было видно — мягкость он оценил, и она ему понравилась. Но это было лишь мимолетное чувство, после чего он вновь посмотрел на меня, ожидая ответа на свой вопрос.

— Алену я выгнал по одной простой причине — она не служанкой хотела у нас работать, а стать моей любовницей. Потому и не пресекала те слухи, что про нее по деревне ходят. А я не был уверен в ее целях до сегодняшнего дня.

— И с чего вы так резко передумали? — нахмурился парень.

— У нее подруга есть. Я ее работницей в мастерскую игрушек беру. Как раз сегодня с ней и говорил. И спросил про Алену, чего она хочет. Та и рассказала.

— Да может эта ее подруга сама к вам в постель хотела бы пролезть? — воскликнул Тихон.

— Видишь ли, — вздохнул я. — Слухи об Алене не на пустом месте взялись. Она еще месяц назад меня прямо просила ее в любовницы взять. Я ей тогда жестко отказал, вот она и сменила свое поведение. А недавно меня подначивала, чтобы я ее снасильничал. И вроде как она бы была ни при чем. Если бы я пошел у нее на поводу, то она смогла бы меня шантажировать — или я ее в любовницы беру, или она все моей невесте рассказывает. Сначала я думал, это лишь мои домыслы, но после разговора с ее подругой убедился, что она не оставила своих надежд. Теперь понимаешь, почему я ее выгнал?