— Осмотреть все равно надо, — я продолжал настаивать. — Представьте, что мы вернулись домой, пошли в милицию. Что мы там скажем? Нашли, закопали, знать ничего не знаем? Или вы предлагаете его домой тащить?

На мои вопросы никто не ответил. Зато Санжай задал свой:

— И кто его будет осматривать? Ты что ли?

Я хотел ответить, что могу и я, почему бы и нет. Мне не впервой. Но вовремя вспомнил, что здешний Мишка обычный геолог. С какой стати ему осматривать несвежий труп? Вот же заковыка…

Выручил меня Эдик:

— Я могу, — сказал он. — Правда, самостоятельно людей мне осматривать не доводилось, но…

Антон вздохнул, поморщился, махнул рукой:

— Расстегивать будем?

— Наверное, — Санжай склонил голову на бок.

Юрка моментально побледнел, судорожно сглотнул, сдавленно выпалил:

— Без меня!

И ринулся к ближайшим кустам. Не добежал буквально пару шагов. Там его с шумом вывернуло прямо на траву. Парень склонился, оперся ладонями о колени, чуть отдышался и повторил:

— Я пас, простите, ребята, не могу.

И ушел совсем. К девчонкам. Осуждать его никто не стал. Зрелище и впрямь было не для слабонервных.

— Ну так что?

Тоха расстегнул манжеты, засучил рукава, потянулся к пуговицам.

— Погоди, — остановил его Эдик, — давай сначала перевернем. Есть у меня одна мыслишка…

Договаривать он стал, подхватил мертвеца за джемпер, потянул на себя. Тоха молча ему помог. Сразу стало ясно, что раздевать покойника не придется. На затылке у Генки Белова красовалась громадная вмятая рана. Крови не было, да и откуда ей взяться в воде? За эти дни все вымыло, отмочило. Были раздутые, размокшие ткани. Была дыра. Виднелись осколки кости.

Эдик руками туда не полез. Глянул с расстояния, наморщил лоб. Сказал негромко:

— Так я и думал.

— Что думал? — словно очнулся Санжай.

— Генке нашему проломили череп.

Тоха кивнул, отвернулся, оттянул ворот рубашки, словно хотел глотнуть свежего воздуха.

— Гадость какая… — просипел он, — никогда не думал, что увижу такое.

Он помолчал, довольно быстро взял себя в руки.

— Эдик, а что за мыслишка была у тебя?

— Погоди.

Эдик устремился прочь, нырнул под навес, чем-то там зазвенел, вскоре показался со штормовкой в руках. Велел Тохе:

— Переворачивай назад.

На этот раз Антону помог Колька. Вдвоем они справились легко. Генка вновь лежал, уставившись объеденным лицом с пустыми глазницами в небо. Эдик поспешно накинул на голову другу куртку.

— Не могу, — сказал он. — Не хочу, чтобы он смотрел так…

Он подошел к озеру стал намывать руки. Тоха присел рядом. Напомнил:

— Так что за мысль?

Мне подумалось, что я угадал, каким будет ответ. Так оно и вышло.