— Значит, это ты здесь обитаешь? — Я присел, провел ладонью по шерстке кота, и он немедленно принялся урчать. — Где твои хозяева, признавайся…
Из калитки напротив вышла старушка в цветастой косынке и легком платье. Лузгая семечки, она с дружелюбным интересом наблюдала за мной.
— Здравствуйте, — сказал я, — не подскажете, здесь люди живут?
— Живут, — прошамкала старушка, собирая шелуху в ладошку, — а вам что, комнату снять? Так лучше у меня, дешевле возьму…
— Простите, — нетерпеливо перебил я, — а кто тут живет? Девушка молодая, блондинка? Возможно, с дядей вдвоем?
— У, нет — таких тут не видали, — моя собеседница покачала головой. — Приезжая из Ленинграда проживает. Сняла на все лето. Но какая ж она молодая — почти пенсионерка, как я. Мария Владимировна звать. Интеллигентная женщина, в школе учителем работает. Да вы не ломитесь понапрасну — она, наверное, купаться пошла. Море-то теплое, а солнце к вечеру не так жжется…
Я почувствовал, как земля уходит у меня из-под ног. Наверное, я сильно побледнел, потому что бабуля перестала грызть семечки и всплеснула руками:
— Что с тобой, внучек? Голова закружилась?
— Нет… ничего не закружилось…
— Может, тебе молочка козьего холодного дать?
— Спасибо, не хочется…
Наверное, можно было садиться на мотоцикл и ехать назад… До Москвы не так уж далеко, доберусь за сутки по прямой через Харьков. Или остаться здесь и ждать Нелли? Выкупить этот дом — денег хватит… Наивно. Сколько лет пройдет, прежде чем она вспомнит о своей мечте с зеленой черепичной крышей?
Да и вспомнит ли? У нее теперь бесконечное количество времени. Вечной печалью мы платим за вечную юность.
Я понуро зашагал по проселочной дорожке вниз. Вскоре она пошла под уклон, я обогнул колючие заросли можжевельника — и внезапно передо мною стеной встало море.
Я стоял на краю отвесного обрыва, и где-то внизу сонно вздыхал прибой, а на песке копошились крошечные загорелые фигурки — но, ошеломленный новой для меня стихией, я не замечал деталей. Море распахнулось мне навстречу от горизонта до горизонта, необъятное, дышащее соленым ветром, прозрачно-серое, в миллионах золотых, рыжих и алых вечерних бликов. Над ржавыми утесами из песчаника плакали чайки. Солнце намеревалось нырнуть за окоем и сияло мне прямо в лицо — но свет его был ласковым и не обжигал глаз. Накатило сожаление — за двадцать пять лет своей жизни я впервые видел такую красоту и мощь. Волны накатывались на пляж, взметая белые комья пены, и с тихим шорохом откатывались назад.
Сбросив куртку, я уселся на плоский камень и долго смотрел на горящую живую стену золота. Спокойное опустошение пришло на смену разочарованию. Что ж, настало время поставить точку. В этой истории каждый добился того, к чему стремился. Скиф остановил рвущегося к доминированию Завулона. Книжник получил новое тело и теперь не спеша займется местью. Нелли помогла ему в этом, сплетя интригу столь тонкую, что позавидовали бы многие опытные и сильные маги. А я получил лишь множественные переломы и деньги — которые мне не на что тратить.