В воздухе вспыхнула золотистая кромка портала, и Светлый маг исчез за ней.
— Я верила, что ты согласишься, — подмигнула мне Нелли, — это я предложила тебя на вакансию вора. Увидимся!
И она шагнула в портал следом за шефом.
Я остался один посреди широкой заснеженной площади. Ветер успокоился. Вокруг было множество отпечатков ног, словно кто-то устроил танцы на снегу, и все отпечатки шли из ниоткуда в никуда — ни одна цепочка следов не вела к шоссе. «Вот так и возникают легенды об инопланетянах», — устало подумал я. Солнце уже почти село за горизонт, и студеный январский вечер был прекрасен и тих.
Никого. Пустота и безмолвие.
Что, если все эти события — пугающие, захватывающие, невероятные, — только пригрезились мне? Я опустил руку в карман, там хрустнул бумажный конверт — материальное доказательство.
Значит, завтра в девять вечера.
Порталов провешивать я не умею, да и сил на магию уже не оставалось. Я медленно побрел через поле, проваливаясь в сугробы — туда, где в темноте сияла гудящая электрическая лента Ленинградки.
Пролог
Москва, апрель 1998 года
В конце апреля в Москве случаются ласковые, пьяные ночи с тихим шепотом листвы и таинственным светом фонарей, такие теплые, что кажется — уже наступило лето. В полночь улицы пустеют, окна гаснут, а сиреневый после дождя воздух пахнет мокрым деревом и теплым асфальтом. Прогуляйтесь по столице в такую ночь, и вы не узнаете этот суетливый термитник. Прислушайтесь, как исполин посапывает под мерцающим электрическим одеялом. Смотрите — на перекрестках бессмысленно, сонно перемигиваются светофоры, и только серые кошки, помахивая хвостами, крадутся по своим делам мимо витрин закрытых магазинов.
Именно так выглядела улица Грузинский Вал, когда на нее с площади перед Белорусским вокзалом свернула Марина. Она сошла с последней электрички, включила плеер и, тихо напевая, направилась в сторону Красной Пресни.
У поворота в Большой Кондратьевский переулок в тени автобусной остановки стоял молодой человек.
— Прекрасная ночь, — бросила пробный шар Марина, — не найдется зажигалки или спичек?
Молодой человек предъявил бензиновую «Зиппо» и поделился огнем с девушкой. Затем закурил сам.
Марина смерила парня взглядом, выдохнула ему в лицо струйку дыма:
— Зря ждешь. Автобусы уже не ходят.
Ее собеседник выразил сожаление. Он с ответным интересом разглядывал красавицу Марину — стройную, почти худую, с густыми темными волосами и резко очерченными восточными скулами. Полные, сочно накрашенные губы Марины контрастировали с изысканной бледностью лица.
— Чем сидеть здесь в одиночестве — можешь проводить девушку до дома, — промурлыкала Марина, — здесь недалеко.