Никки замялась. Не хотелось, чтобы это вошло в обычай. Ведь в ближайшее время она наверняка не сумеет отплатить Адаму любезностью за любезность, но и задевать его чувства тоже не хотелось. Да и вообще, кто откажется от буррито?
– Вы уверены?
– Я всегда готовлю слишком много, – кивнул Адам. – Сила привычки. Никак не могу привыкнуть стряпать на одного.
Это был лишь смутный намек на статус вдовца. В словах Адама не ощущалось жалости к себе, однако Никки сразу ему посочувствовала.
– Очень любезно с вашей стороны. Спасибо.
– Я сам занесу вам буррито. Буду вашим личным курьером по доставке еды из «Деливеру».
– Класс. У нас здесь нет «Деливеру».
Адам не мог скрыть своего удивления:
– У вас нет «Деливеру»?
– Нет.
– А как насчет «Убер итс»?
– У нас даже «Убера» нет, – рассмеялась Никки.
Адам растерянно заморгал. Джуно добродушно похлопала его по руке:
– Добро пожаловать в Спидвелл. И не волнуйтесь. Вы привыкнете. Все в конце концов привыкают.
Верный своему слову, Адам появился на пороге ровно в семь вчера. В руках у него был поднос с двумя толстыми буррито, острым соусом «Чолула» и двумя стаканами с солью на ободке.
– Безалкогольная «Палома», – объяснил он. – Грейпфрут, лайм, сироп агавы и никакой текилы. Хотя у меня немного есть, если хотите пропустить по стаканчику.
– Вы меня балуете. Я могу и привыкнуть. У меня будто появился личный шеф-повар, – улыбнулась Никки.
Забирая у Адама поднос, Никки заметила блеск обручального кольца на его левой руке. Раньше она не замечала кольца. Неужели Адам надел его, чтобы избежать посягательств со стороны старых дев, вдов и разведенок Спидвелла?
– Вы даже не представляете, как мы вам признательны. Мы собирались поехать в город за жареной картошкой.
– Не стоит благодарности. А посуду занесете ко мне, когда сможете.
С этими словами Адам растворился в ночи, не дав Никки возможности открыть рот, чтобы пригласить его в дом.
Никки с Джуно устроились за садовым столиком в обеденной зоне. При свете лампочки без абажура все вокруг казалось слегка блеклым: голые стены и голые половицы. К тому же теперь, когда ушло солнце, в доме стало прохладно. Впрочем, Никки зажгла пару свечей и в качестве музыкального сопровождения трапезы нашла саундтрек из фильма «Шеф». Ничего, сказала она себе, вскоре здесь все преобразится. Быть может, розовые стены в обеденной зоне. Ярко-розовый с фиолетовым оттенком.
Буррито были просто фантастическими: острая черная фасоль, расплавленный сыр, гуакамоле, пикантный кориандр и цедра лайма, смешанные с коричневым рисом, и все это завернуто в мягчайшие тортильи.