– Ну конечно нет. – Никки похлопала его по плечу.
Ей просто хотелось успокоить Рика, но, когда она прикоснулась к нему, его глаза вспыхнули. А значит, между ними по-прежнему что-то было. Что-то мощное и непреодолимое. Рик шагнул к ней. Она подняла руки и закрыла глаза в страхе, что прямо сейчас случится непоправимое, чего она боялась и одновременно страстно желала.
– Никки… – Рик снова прошептал ее имя, и она почувствовала, что ее решимость тает.
Эту химию невозможно было игнорировать. По жилам Никки пробежало нечто восхитительно токсичное, нечто, заставляющее ее думать, будто все возможно, будто она действительно неотразима, будто…
Входная дверь распахнулась. Рик поспешно отошел от Никки и потянулся за своей курткой. На пороге стояла Джесс, промокшая до нитки.
– Ты должен пойти. Потому что мне нужно сообщить тебе нечто важное. – Она обвела глазами Рика и Никки, и та испугалась, что у нее виноватый вид. Но Джесс явно ничего не подозревала. Ну конечно же нет. Она никогда не видела в Никки соперницы. А кроме того, у Джесс имелась козырная карта, которую она с улыбкой выложила. – Я беременна. – Она истерически расхохоталась. – У меня будет ребенок.
Глава 23 Сейчас
Никки изложила Джуно отредактированную версию тех событий, умолчав о своем участии в этой истории. Она ограничилась тем, что рассказала о бурном романе Рика и Джесс и об ошеломляющем сообщении Джесс в канун Нового года. А также о последовавшем за этим предложении Рика. Спустя две недели, переварив новость, Рик попросил у Уильяма руки его дочери. Хелен отдала Рику помолвочное кольцо ее бабушки: сапфир квадратной огранки в обрамлении бриллиантов.
– Джесс всегда мечтала об этом кольце, – объяснила она. – И мне будет приятно думать, что оно останется в семье.
Никки не стала рассказывать племяннице, что все было отнюдь не так идиллично, поскольку меньше всего хотела, чтобы та решила, будто ее неизбежное появление на свет заставило родителей соединиться. Однако Джуно каким-то образом сумела прочесть все между строк.
– Единственное, чего я не могу понять: что он нашел в моей маме?
– Что?! – Вопрос племянницы застал Никки врасплох.
– Я люблю свою маму. Конечно люблю. Однако мы все отлично знаем, что она жутко эгоистичная, капризная, самовлюбленная и считает себя пупом земли. Как он с этим мирился?
Никки потеряла дар речи. Она уставилась на Джуно. В зеленых глазах девушки застыл немой вопрос. Но Никки не знала, что сказать. По крайней мере, только не правду. В результате она пожала плечами, выдавив беспечную улыбку:
– Думаю, противоположности притягиваются. И твоя мама не такая плохая. Ты сама знаешь. Если убрать все наносное, она замечательная.