Желающих преклонить колено перед Вэйрэном оказалось так много, что толпа заполонила всю улицу, и слитный хор голосов звучал, возможно, красиво, но да Лэнгу было жутко от того, что его страна изменилась столь быстро и воин упустил это, оказавшись в совсем ином месте.

«Ты ничего не смог бы изменить», — шепнул ему внутренний голос.

Не он один смотрел на верующих, что спешили к храму. На углу улицы Дэйт заметил четверых всадников в темно-зеленых плащах, под которыми угадывались доспехи. Один из них, в капюшоне, низко надвинутом на лицо, наблюдал за проходящим, а затем направил лошадь против потока толпы, пытаясь покинуть улицу. Друг герцога нахмурился и подался вперед.

То, как человек держался в седле, осанка, поворот головы и, что самое важное, широкий меч, торчащий из переметной сумы… навели Дэйта на неприятные размышления. Ибо это оружие начальник охраны знал. Клинок принадлежал его отцу, был «меньшим» оружием рода и по законам кантона Турау передавался младшему отпрыску семьи, не важно мальчику или девочке, когда они покидали отчий дом.

С трудом пробираясь мимо людей, да Лэнг постарался не упускать всадников из виду. Сперва это оказалось довольно просто, но после площади Расколотого Ручья он их потерял — улицы петляли в старой части города, находясь в тени утеса и статуи льва, располагавшегося на нем. Дэйт поспешил, заглянул в один проулок, затем в следующий, вернулся, выбрал другое направление и увидел края зеленого плаща, а потом и лошадей, которых слуги из числа помощников трактирщика заводили во внутренний двор.

Заведение называлось «У льва», и воин, выждав несколько минут, отправился в него. Людей оказалось битком. Он, хмурясь, осмотрел занятые столы, сразу нашел владельца. Тот окинул гостя сметливым взглядом, легко понял, что перед ним не простолюдин.

— Милорд что-то желает?

— Стол в углу, чтобы меня никто не беспокоил, еды, питья и минуту твоего времени.

— Есть кабинеты наверху.

— Стол.

— Совершенно буду рад услужить милорду. Одну минуту.

Он сам направился к столу, стоявшему особняком, маленькому, за которым сидели двое в куртках мастеровых, буркнул им что-то, и те без всякого недовольства встали, перешли за стойку, где, скорее всего, получат лишнего дармового пива, да, если повезет, жареного каплуна или по миске сытного рагу за счет заведения.

Разумно, потому что потеря благородного клиента встает не только в звонкую монету, но и чревата возможными неприятностями, если этот клиент тот еще урод. А так можно приобрести хорошие деньги, да еще и постоянного посетителя.