– Значит, покинуть королевство не сможет никто, – сказала я, отчасти самой себе.

Внезапно Сильвестр охнул и согнулся пополам, словно его ударили в живот.

– Что? Что такое? – крикнула я.

– Отец проснулся, – задыхаясь, проговорил он, все еще корчась; темные волосы занавесили лицо, и я не могла рассмотреть его выражения.

– Сколько времени ему понадобится, чтобы найти нас? – настойчиво спросила я.

Сильвестр поднял голову, отбросив волосы с лица. Мой ум бешено работал, пытаясь найти выход, но даже в эту минуту я не могла не восхититься тем, какими безупречными волнами волосы легли волшебнику на щеки – ему даже не пришлось приглаживать пряди.

– Не много, – сказал Сильвестр. – Надо ехать. Немедленно.

Он снова скорчился. Я машинально потянулась помочь ему, но вместо этого сжала кулаки.

– Что он с тобой делает?

– Он пока действует не в полную силу, – задыхаясь и прерывисто дыша, выговорил Сильвестр. – Но пытается дотянуться до меня.

– А он может?

– С легкостью, как только придет в себя. Он может даже убить меня на расстоянии, если только решит потратить на это неповрежденные сердца, которые у него еще остались. Если отец достаточно разозлится, так и сделает.

Я повернулась и взглянула на жуткий изменчивый туман.

– Ладно. Значит, надо ехать, не откладывая. Но как мы проберемся через туман? Пустим в ход сердце?

Мне всегда противно было думать об употреблении сердец, но теперь даже я смирилась с мыслью о том, что придется обратить одно из них в пепел, чтобы пробраться туда, куда нам надо, и исполнить задуманное. Я видела, как быстро Сильвестр и ему подобные перестают думать о сердцах как о частице живого человека и начинают смотреть на них просто как на топливо. Щепки для огня.

Волшебник покачал головой:

– Я не вижу выхода.

Я уставилась на него:

– Что значит – не видишь выхода?

– То и значит. Я не знаю, как нам одолеть препятствие невредимыми, даже с помощью волшебной силы сердец. – Он растопырил пальцы, словно показывая степень своего бессилия. – Ни одно мое заклинание не сможет провести нас сквозь туман без вреда.

–Ни одно?

– Мой отец слишком могущественный волшебник.

– Сколько сердец у нас осталось? Пусти их все в ход!

– Их не хватит.

– И что нам делать? – Я уже чуть не кричала. – Возвращаться нельзя!

– Не знаю.

– Значит, всё? Так и будем сидеть в западне, пока твой отец нас не найдет?

Во мне все бурлило. По ту сторону преграды был совершенно другой мир – мир, в котором нас ждали волшебные силы, способные исцелить мое сердце и спасти Па, – а мы не могли попасть туда.

Туман, может, и выглядел непрочным, но он мог оказаться стеной высотой в сотню миль. Если нам не удастся выбраться из него, мы погибнем. И тогда погибнут все сердца, а не только мое. И я стану еще одной жертвой королевских экспериментов.