Мэй Лин подняла на меня глаза.

— Целый, хвала великим драконам. Он должен был быть твоим, но я успела передать ему подарок от Хонга первой.

— Плевать, главное, что ты жива.

— Кремень внизу, он ведёт всех, кто остался на ногах. Ублюдков слишком много, а я, как видишь, сейчас не боец. Помоги ему.

— Ты ранена.

— Это всего лишь рана. Иди.

Она качнула головой, словно говоря: «Не теряй на меня время, у тебя есть задача».

Я повернулся и побежал к лестнице, а мне вслед летело:

— Да хранят тебя великие драконы, партнёр…

Лестница уходила вниз спиралью. Темнота, факелы и множество мёртвых тел на ступенях. Я бежал, перепрыгивая через две ступеньки. Эссенция Изнанки во мне гудела, говоря, что я иду туда, где полно непогребённых мертвых, о которых никто не позаботился.

На втором повороте — тело культиста. На третьем — два тела бойцов Канцелярии в чёрной форме. На четвёртом — раненый, ещё дышит, прислонился к стене, увидел меня, кивнул и закрыл глаза. Я не остановился, а он и не ждал. Если мы выиграем, то за ним обязательно вернутся, если нет — тогда и разговаривать не о чем. Снизу донёсся грохот.

Больше было похоже на удар тарана в ворота, только таран был каменный. Похоже на работу Кремня, а значит, старший ещё жив.

Коридор перед святилищем был полон хаоса боя.

Двенадцать культистов в чёрных халатах с серебром, лица под платками. Восемь бойцов Канцелярии. Кремень в центре, левая рука вывернута неестественно, но правая работала — он бил, отступал, бил, отступал. В коридоре было слишком узко для нормальной драки, и от этого она шла грязнее.

Между ним и дверью святилища четверо культистов держали проход. Дверь была массивная, окованная железом, с символами Матери Изменений по периметру. Закрыта изнутри.

Кремень увидел меня. Сверкнул зубами в жутком оскале. Боль для него была лишь фоном, чуть осложняющим задачу.

— Младший! Дверь!

Я понял задачу и без его слов, мгновенно меняя рисунок боя. Драконорождённые — это боги войны, мы сильнее и быстрее простых людей, и как бы ублюдки, служащие Искажению, ни пытались стать подобными нам, они лишь жалкая копия.

Прыжок вперёд — и с моих рук срываются два метательных ножа, разогнанные рукой, усиленной эссенцией. Один вошёл в горло ближайшего культиста по самую рукоять, второй — в висок второму. Кремень тут же ударил третьего земляным шипом снизу, насаживая его, как бабочку.

Какой-то глупец рванулся ко мне и умер, не поняв, что его убило.

— Дверь, старший! Остальные на мне!

Кремень шагнул к двери, и его раненая рука изменилась. Судя по течению эссенции, это был серебряный глиф изменения. По локоть — обычная плоть. От локтя — кость и плоть начали покрываться камнем. Сама его плоть превращалась в камень. Пальцы вытянулись, срослись попарно. На месте кисти выросла клешня. Серая, шероховатая, с режущими краями.