Она быстро осмотрела конверт на предмет повреждений. Сургуч был цел, края бумаги не тронуты. Подлинное послание, доставленное через официальную сеть канцелярии. Вот только что хотели эти психи от неё?

— Благодарю вас за службу, — произнесла она, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри всё сжималось от нетерпения. — Вы проделали долгий путь. Судя по пыли на вашей одежде, не менее недели верхом. Позвольте предложить вам отдых и еду перед обратной дорогой.

Гонец едва заметно склонил голову, и в этом жесте читалась профессиональная вежливость.

— Благодарю, госпожа, но мне приказано вернуться немедленно после доставки. На словах было сказано, что письмо пришло из личной сети дома. Кто-то очень хотел, чтобы оно оказалось у вас как можно быстрее. Похоже, наступают неспокойные времена.

Последние слова он произнёс чуть тише, и Мэй Лин уловила в них скрытый смысл. Неспокойное время — это могло означать что угодно, от политических интриг до надвигающейся войны.

— Понимаю, — она кивнула. — Тогда пусть дорога будет лёгкой, а ветер — попутным. Да хранят вас предки.

Гонец поклонился последний раз и так же бесшумно, как появился, исчез за дверью. Его шаги не издавали ни звука на деревянных половицах — ещё одно свидетельство превосходной подготовки.

Мэй Лин осталась одна с конвертом в руках. Она подошла к окну, где было больше света, и несколько мгновений просто держала письмо, чувствуя его вес. Лёгкое, как пёрышко, но способное изменить судьбы. Её пальцы слегка дрожали, когда она сломала сургучную печать — дурная привычка, от которой она так и не смогла избавиться. Наставник всегда говорил, что эмоции нужно контролировать, что они — враг ясного ума. Но сейчас она позволила себе эту маленькую слабость.

Развернув письмо, она тут же узнала почерк. В памяти мелькнула картина, как ровные столбцы иероглифов выводятся кистью. Но сейчас он чуточку отличался, автор больше не пытался копировать стиль другого человека. Каждый штрих кисти свидетельствовал о хорошем образовании и твёрдой руке. Не каллиграфия мастера, но и не корявые знаки неуча. Почерк человека, который учился писать не в роскошных залах аристократических домов, но всё же получил достойное образование.

«Госпоже Мэй Лин, Лорду-Когтю. Я вновь свободно дышу и готов действовать. Наш общий знакомый проявляет неслыханную активность. Его связи простираются к чужим берегам и в самые тёмные подворотни. Я нашёл то, что искал, и теперь нуждаюсь в твоём экспертном взгляде. Дело срочное и касается интересов твоего покровителя. Приезжай. Твой партнёр. Фэн Лао из дома Яньмун».