Стало неловко и немного стыдно, и Виктория нарочито выпрямилась на стуле, старательно не глядя в сторону своего немногословного охранника. Остальные артефакторы, в том числе и Рон, не сидели, а стояли возле Болдиуса, и все оживлённо обсуждали, какие изменения стоит внести в формулу анализатора. Гай, судя по его увлечённому лицу, тоже желал что-то сказать, но благоразумно молчал. Он вообще умел сдерживать себя — если не считать вчерашней авантюры с яртой, разумеется.
Арен явно задумал что-то грандиозное, но выведать его планы точно не выйдет. Хотя Виктория и сама понимала: её муж подозревает очередной заговор и, раз делает всё, чтобы личность Гая не была раскрыта, не исключает участия в нём Болдиуса.
Только вот что нынешние заговорщики собираются делать? Помешать разработкам в области родовой магии? Но как им можно помешать, прогресс-то не остановить…
За всеми этими мыслями Виктория толком и не заметила, что совещание закончилось и артефакторы начали расходиться. Очнулась, когда поняла, что осталась в зале лишь с Гаем и Янгом, и последний, привычно захлопнув за вышедшими дверь, поинтересовался у её псевдоохранника:
— Какие у тебя мысли, Гай?
***
Мыслей у Гая было много, но главной была одна.
— Я думаю, твой анализатор, который мы видели вчера, больше подходит.
— В этом я не сомневаюсь, — усмехнулся Рон. — Но с Болдиуса пока хватит и этого. Пусть попляшет. Задача впихнуть невпихуемое его явно заинтересовала. Но со временем он наверняка дойдёт до того, о чём думаешь сейчас ты.
Гай удивлённо улыбнулся.
— Откуда ты знаешь, о чём я думаю?
— Я читал твои работы. Мне было любопытно, пусть специализация и не моя. И я отлично помню твой рисунок — цепочка наследуемого кода, закрученная в спираль.
— Часть цепочки, — уточнил Гай. — Лишь часть, касающаяся предрасположенности к магическому раку.
Он хотел добавить: «Мне за ту разработку дали архимага», но язык повиноваться отказался.
— Верно, лишь часть цепочки. Но напомни — разве ты использовал анализаторы? Насколько я помню, нет. Ты собрал большой аппарат, который назвал магоскопом, — он позволял рассматривать молекулы в человеческой крови. Ты сравнивал образцы и в итоге обнаружил поломку в коде, которая и отвечала за магический рак.
Ни подтвердить, ни опровергнуть Гай не мог. Поэтому просто молча слушал.
— Значит, анализаторы для нас бесполезны? — уточнила Виктория с некоторой долей возмущения. — Но, Рон, почему вы не сказали… Если вместо анализатора нам нужен магоскоп — Болдиус, по-видимому, должен об этом узнать?
— Если бы Вистан был заинтересован в разработке, он сказал бы это сам, — пожал плечами Янг, откидываясь на спинку стула и складывая руки на груди. — А так он, на мой взгляд, разыгрывает имитацию бурной деятельности, как до него Амириус. Твой магоскоп, Гай, — где он? Конфисковали после ареста? Ах да, — Рон поморщился, — ты же не можешь ответить. Тогда другой вопрос. Ты сможешь собрать его заново на основании того, что осталось в твоей памяти?