— За дерзость прощаю, — ответила императрица небрежно. — Оценить конфеты не обещаю. Но спасибо.
— Пожалуйста, ваше величество.
Он вновь опалил её взглядом, а затем всё-таки соизволил покинуть помещение. Услышав стук от закрывшихся дверей, Виктория бросила коробку на стол и удивлённо замерла, услышав от Гая негромкое:
— В Корте такие конфеты дарят понравившимся девушкам, если парень собирается делать предложение руки и сердца. Местная традиция.
Рон рассмеялся, а императрица нахмурилась.
— Интересно, можно это считать оскорблением или нет?
— Никаких оскорблений, — покачал головой Гай. — Конфеты действительно очень вкусные, самые дорогие в этой кондитерской. Традиция-то местная, да и не обязывает ни к чему — это просто как комплимент девушке, заявление о намерениях. Даже если конфеты приняты, подобный жест ничего не значит.
— А замужним дарить нельзя, что ли? — всё веселился Рон. — Плохая примета?
— Нет. И дарят иногда, чтобы польстить. Это вроде флирта получается — мол, вы настолько прекрасны, что я был бы не против жениться, но вы, к сожалению, заняты.
— Я бы перевёл это по-другому, — хмыкнул Янг. — «Вы замужем, но я не против развлечься без обязательств».
— Сомневаюсь, что Болдиус имел в виду нечто подобное, — возразил Гай. — Он же не самоубийца: так оскорблять её величество. Скорее, он рассчитывал либо на то, что вы ничего не знаете о местных особенностях, либо этим пытается рассказать о своей симпатии.
— Есть ещё третий вариант, — задумчиво протянул Рон. — Вистан так и не избавился от своих сомнений по твоему поводу, Гай, и решил проверить, как поведёт себя Виктория, если он подарит ей эти конфеты. Для горделивой императрицы — а он вас воспринимает именно так, — принять такое угощение после твоего своеобразного рассказа должно быть невозможно.
— Значит, я не подам виду, что знаю о традициях Корты, — пожала плечами Виктория и сменила тему. — Что думаете о сегодняшних изысканиях, Рон?
— Думаю, что Болдиус идёт в верном направлении, — ответил Янг, усмехнувшись. — Но насколько он отличается от Амириуса, который саботировал работу, как мог, пока неясно. Может, и правда заинтересован в результате, а может, будет имитировать деятельность. В любом случае, если замечу что-то подозрительное, сообщу и вам, и императору.
Виктория внимательно посмотрела на Рона, потом перевела взгляд на Гая — спокойный и задумчивый, словно она что-то для себя решала. А затем неожиданно попросила — как обычная женщина, а не как императрица:
— А мне можно участвовать в ваших с Гаем совместных изысканиях, Рон? Обещаю, что не стану мешать.