— Нужно. И воды налить. Это же цветы всё-таки, им необходимо пить. Я только не знаю, где взять вазу.
— Издеваешься? — фыркнул Рильо. — Что мы, вазу тебе не найдём? Вопрос в другом. Ты как доставлять букет собираешься? Через обычную дверь?
Гай на мгновение задумался.
Он, конечно, уже много кому раскрыл своё желание сделать огненные цветы — но, во-первых, дворцовые артефакторы не знали, кому предназначен букет, а Ральф никому не скажет. Во-вторых, в коридоре существовал риск столкнуться с самой Викторией и всё испортить.
— Надо было продумать всю операцию с начала до конца, — пожурил его Ральф, улыбнувшись. — Ладно, пойдём. Проведу тебя подсобными помещениями на парадный этаж. Но вот дальше…
И тут Гая осенило.
— Скажи, а у меня есть номер браслета связи Софии Тали?
— Разумеется, — ответил Рильо, вообще не удивившись.
На самом деле, Гаю не хотелось ни о чём просить Софию. Он хорошо помнил их последний разговор и до сих пор почему-то злился на девушку. Хотя казалось бы: какое ему дело до личной жизни императора? Но тем не менее было неприятно.
Однако сейчас без её помощи было не обойтись.
Поэтому Гай, оказавшись в дальнем конце коридора парадного этажа, быстро заскочил вместе с вазой в свою комнату и уже оттуда написал Софии. Он опасался, что она будет сильно занята и не сможет перенестись к нему, но Гаю повезло — и камин вспыхнул буквально через пять минут.
— Ого, — улыбнулась София, выходя из огня. Она сама будто бы была одной из созданных Гаем огненных роз. — Красиво. Вик понравится.
Вновь захотелось огрызнуться, чем-то задеть эту девушку, но Гай сдержался.
— Можете перенести меня в комнату императрицы?
— Могу, — легко ответила София и протянула ему руку. — Только держитесь крепче. Отойдёте от меня — сгорите. И лучше зажмурьтесь, а то глаза потом будут болеть.
Гай так и сделал. Сжал ладонь Софии и, когда девушка потянула его в сторону камина, сделал один шаг, потом ещё один, и ещё…
— Заграждение. Перешагивайте.
На мгновение стало не по себе, когда Гай почувствовал, как его тело гладят тёплые струи огня, но потом ему даже понравилось. Он будто находился в воде, только не плыл, а стоял, и под веками было не совсем темно — свет от пламени всё-таки проникал в глаза.
София переместила его руку себе на локоть, сказав, что иначе не сможет построить лифт, и Гай, не удержавшись, поинтересовался:
— Как так получилось?
Она сразу поняла, о чём он.
— Я не могу рассказать вам об этом, Гай. Если вы сможете сблизиться с Вик — спросите у неё. Ну или у императора — он имеет право рассказывать всё.