Костя почесал затылок и поинтересовался:
— Счастья?
— Лица Делона.
— А… — протянул он, расслабляя плечи, словно только что решил непосильную задачу, ответ к которой был прост и очевиден. — Ты об этом… Ну. Вкусы у всех разные. Тут уж как угадаешь. Вот, к примеру, есть стандарты, девяносто, там, шестьдесят… Ну ты поняла. А я люблю, чтоб кровь с молоком. Чтоб взял, чтоб… Ух…
— Но-но, нечего тут, нечего — предостерегла я. — Ты свои фантазии упрячь подальше.
Он хмыкнул и замолчал. А я подумала, что свои фантазии мне тоже стоит упрятать поглубже, чтобы тот не вообразил лишнего. Хотя впечатленный увиденным ум рисовал все более и более интересные картины.
Тряхнув головой, я постаралась выгнать их и думать о деле. Таймер показывает, что идем уже больше получаса. Тишина и зеленая полутьма вокруг начали давить. Появилось множество висящих длинными плетями лиан. До земли не достают, но их покачивание на уровне чуть выше головы заставляет сжиматься и наклоняться.
Я опасливо посматривала на них, настолько они похожи на змей, что наверняка и змеи тут имеются. Ползают, ждут, когда подойду поближе, чтобы впиться зубами.
Тут раздалось щелканье, словно разом затрясли несколько детских погремушек. В оглушающей тишине, к которой уже привыкла, это прозвучало, как удар по ушам.
Я резко отпрыгнула, запутавшись в кусте и провожая хлопающих ярко-желтыми крыльями птиц, что по каким-то ломаным траекториям исчезли в высоте.
Вася тут же пробежал за ними несколько шагов, угрожающе щелкая зубами. Но потерял их из вида почти сразу, однако обернулся — морда улыбается, длинный язык трепещет, словно дразнит. Ящер повилял
хвостом и подсунул башку мне под ладонь, мол, гладь теперь, своего героя защитника.
Я провела рукой по чешуе и прервала начавшее угнетать молчание.
— Послушай, — проговорила я, догоняя бывшего скелета, — ты хотя бы знаешь, куда идти? Или просто наугад тащишься по знакомым местам?
Костя обернулся и удивленно ответил:
— Как это… наугад по знакомым местам? Что ты вообще хочешь спросить-то?
Я почувствовала досаду, показалось сейчас начнет издеваться над женской тупизной и все такое. Но тихо выдохнула и контролируя эмоции и сказала:
— А… ты же у нас программист. Тебя формулами спрашивать нужно. Не видишь, что девушку беспокоит темнота, и вечер что скоро наступит, и куча чертовых зарослей. И эбола эта лианная висит, как петли. Того гляди, какая-нибудь на горле, как удавка, захлестнется… Только не останавливайся, прошу. Развей мои тревоги на ходу, а не залезая как обычно на кафедру чтобы и микрофон, и руками махать, как сурдопереводчик для глухонемых…