— О как! Выходит, даже не знаете, кого похитили! — Артем нервно хохотнул и присел на краешек стула.

— Отвечай на вопрос! — вдруг громыхнул начисто лишенный эмоций механический голос.

Не сразу сообразив, откуда прозвучал приказ, Артем подскочил и испуганно заозирался по сторонам.

— Что это было?

— Как — тебя — зовут? — в очередной раз поинтересовался очаровательный попугайчик.

— Ты чего одно и то же заладила? С ума меня свести хочешь! — возмутился пленник, хватая девушку за плечи и хорошенько встряхивая.

Но резкий удар по почкам, последовавший тут же от кого-то прячущегося за спиной, вынудил отпустить девушку и прижать обе руки к ушибленным местам.

Артем затравлено оглянулся — в комнате кроме него и горничной никого больше не было. Ушибленные же почки утверждали обратное. Поймав себя на мысли, что начинает медленно сходить с ума, Артем залез с ногами на кровать и сел, прижавшись спиной к упирающейся в стену спинке.

— Как — тебя — зовут? — напомнила о себе неугомонная горничная.

— Ничего не скажу, пока не дождусь объяснений, — выставил ультиматум насупившийся Артем.

— Прислуга, выйди! — громыхнул из динамиков бездушный механический голос.

На команду невидимого деспота девушка среагировала мгновенно. Бегом кинулась к приоткрывшейся в коридор двери, скользнула в образовавшийся зазор, и дверь снова бесшумно захлопнулась. Все случилось настолько быстро, что Артем не успел ни словом, ни жестом отреагировать на происходящее. Раз! И в комнате он снова остался один, наедине с невидимым безмолвным наблюдателем.

— Ты не выполнил мое требование, за это будешь наказан, — равнодушно объявил механический голос.

Не давая времени опомниться, тут же на левое плечо Артема обрушился хлесткий удар чем-то тонким и гибким. На голой коже мгновенно вздулся багровый рубец. Несчастный взвыл от боли и ужаса перед неведомым врагом, и заорал дурным голосом:

— Не надо! Пожалуйста! Я скажу!

Но невидимый палач оказался глух к мольбам. С короткими интервалами в одну-две секунды на тело строптивца обрушилось еще девять ударов. После второго — по неприкрытому голому животу — захрипевший от боли Артем завалился на бок и, поджав руки и ноги, скрючился в защитной позе эмбриона. Остальные восемь ударов пришлись на подставленную спину.

— Хватит с него, — проскрежетал ненавистный голос, останавливая мучителя. — Теперь поговорим. Ведь ты готов к разговору?

— Д-ааа, — давясь слезами, простонал избитый Артем.

— Перевернись, хочу видеть твое лицо, а не зад.

Мыча от боли, Артем подчинился. Перевернулся и снова сел на кровати, опираясь на чуть отставленные за спину руки.