Жить в такой крохотуле было конечно тесновато, но из-за напряга с деньгами Артем мог себе позволить только такое жилище. Особенно тяжко приходилось в первые дни после заезда. Он постоянно на что-то натыкался и ежедневно набивал синяки и шишки. Со временем приспособился, прикипел к берлоге. Теснота превратилась в домашний уют. Сейчас в крошечной квартирке чувствовал себя, как рыба в воде.

Артем вытряхнул содержимое пакета на кресло. Кроссовки с пустым пакетом швырнул за ширму, а майку с джинсами понес в спальню. По дороге, поднял шторы и распахнул окно. Квартирка наполнилась шумом дождя, а застоявшийся пыльный воздух стал жадно впитывать влажную прохладу улицы.

Джинсы с майкой сунул на полку в шкаф. Стянул мокрый комбинезон и закинул на дверцу шкафа сушиться. Снял резинку с нунчаками и бросил в коробку на дне шкафа. В одних трусах и носках вернулся в гостиную, снял часы, положил рядом с телефоном на тумбочку. Взялся было за подаренный Ольгой браслет, но, вспомнив данное девушке обещание «никогда не снимать», оставил на руке. Подхватил со стола пульт, включил телевизор и плюхнулся в кресло.

По первому каналу шла программа новостей. Артем переключил на второй, здесь показывали концерт. Задастая эльфийка с огромным бюстом, бессовестно тряся пышными прелестями, едва прикрытыми крошечными шортиками и короткой майкой, тонюсеньким голоском выводила современную балладу о страстной любви к регуляторам. Такая музыка была не в его вкусе, и Артем вернулся на первый[1]. Молоденький гном хорошо поставленным голосом защебетал с экрана:

«…Наши аналитики убеждены, что это начало крупномасштабного кризиса. Цены на нефть в Широком Запределье за последний месяц взлетели на двадцать три процента…»

— Понятно, снова цены на бензин полезут вверх, — прокомментировал Артем слова диктора, и раздраженно надавил на красную кнопку пульта. — Ну и где я возьму деньги? У меня лишних слитней нет! — закончил он, обращаясь к уже пустому экрану.

Артем бросил пульт на стол, встал и пошел в ванную. Не успел встать под душ, как из гостиной донеслась протяжная телефонная трель. Артем никак не отреагировал на звонок и продолжил мыться. Трель вскоре смолкла, и после короткого гудка заговорил чей-то голос. Это сработал автоответчик, кто-то теперь надиктовывал сообщение. Но за шумом льющейся воды услышать говорившего было невозможно.

Тщательно ополоснувшись, Артем затянул краны душа. Как только смолк шум воды, из гостиной донесся пьяный голос Ольги:

— … Да можешь не поднимать! Я все равно знаю, что ты там. Где ж тебе еще быть! По мобиле не отвечаешь. Что, снова в машине оставил?..