Эта жница была юношей. В прежней, ещё человеческой жизни. Лица у них всё равно становятся мягче, и никаких усов и бород не растёт, они похожи на парней из японского аниме. Но у этой кадык всё равно остался чуть-чуть заметен. И по возрасту, мне кажется, жница была мне сверстником. Значит, парень прошёл Изменение одним из первых.

— Дарина, — мягко сказала жница. — Макс…

Я с ней (или всё-таки с ним?) толком не разговаривал. Несколько раз видел, кивал, однажды парой слов обменялись. Даже имени его не знал.

— Ваня, я очень занята, — ответила Дарина.

Мне стало приятно, что его зовут так же, как Прежнего. Обидно, когда старинное хорошее имя носит только самодовольный нелюдь.

— Я понимаю, Дарина, — сказала жница. — У тебя много дел. Давай, я подменю?

Дарина замялась.

— Стражи каждого Гнезда имеют небольшие различия, — мягко продолжил Ваня. — У наших есть специфические уязвимости.

Я почувствовал, как плечи Дарины напряглись под моими руками.

— Это ничего не изменит, но… — жница замолчала.

— Ты будешь учить куколок убивать ваших стражей? — спросила Дарина недоверчиво.

— Сейчас они мои куколки, — сказала жница. Помедлила. — Да, я буду их учить.

Не знаю, как бы я поступил на месте Дарины. Но я всё-таки не Изменённый.

— Спасибо, — сказала Дарина. — Тогда мы уйдём.

И мы ушли.

А жница раменского Гнезда пошла в класс.

В кафетерии стоял леденящий холод. Кондиционеры шарашили на полную мощность, и я подумал, что кто-то ведь должен был ими заниматься все годы после Перемены. Чистить фильтры как минимум.

Кто-то из жниц, наверное. Они и учителя, и обслуга.

Дарина готовила кофе. Не в автомате, в маленьком ярко-красном кофейнике. Залила туда воду, в ситечко насыпала молотый кофе, скрутила две половины, поставила на плиту.

Я вспомнил, как в детстве, где-то на море вместе с родителями, впервые попробовал кофе — именно из такого кофейника. Небо было ослепительно голубым, день только начинался, солнце вставало над морем, покрытая мелкой рябью вода казалась белёсой и шершавой. Мы завтракали на террасе виллы, не нашей, конечно, арендованной, отец ворчал, что чиновникам теперь нельзя покупать недвижимость за рубежом… но, кажется, на самом деле был этому рад. Отец разливал кофе, мама отказалась — она сидела с бокалом белого вина и смотрела на море, тогда я попросил, и отец налил немного мне.

Сколько же мне было лет?

Десять? Чуть меньше или больше? Кажется, меньше, но в школу я уже ходил…

Совсем другой мир и совсем другая планета. Землёй правили Прежние, но никто про это не знал. Где-то в космосе, уже совсем рядом, плыл астероид Оумуамуа, замаскированный кластер кораблей Инсеков, которые через десяток лет подкрадутся к Земле и захватят её.