— Вы даже не закрыли торговлю, — сказал я.

— Осуждаете? — Продавец шумно вздохнул. — Гибель одного из нас — редкое и печальное событие. Но это не повод огорчать клиентов и терпеть убытки. Знаете такой анекдот: «Кто же в лавке остался?»

— Знаю, — кивнул я. — Не осуждаю. Ваш товарищ действительно мёртв.

— Это я и так знал, — согласился Продавец. — Что с ним случилось?

— У него пробит цилиндр корпуса, — сказал я. — Вот здесь…

— На себе не показывайте, примета плохая! — Продавец никак не отреагировал на слова про «цилиндр». Конечно, он понимал, что их природа для меня уже не секрет. — Гель закрыл пробоину?

— Частично вытек.

— Плохо, — Продавец снова вздохнул. — А органические части? Голова, кисти рук?

Он ткнул себя пальцем в нос.

Издевается, что ли?

Нет, ну правда?

— Скорее живы, — сказал я. — Во всяком случае, не разлагаются.

— Если гель подтёк, то это ненадолго, — Продавец покачал головой. — Что из себя представляет рана? Вы сделали фото?

Фотографировал Лихачёв, я не догадался.

— Чуть позже будут, — пообещал я. — Рана… ну, широкая довольно дыра, сантиметров пятнадцать длиной, сантиметра два шириной. Рядом валяется топор.

— Топор? — Вот сейчас мне удалось его поразить.

— Ага, — сказал я. — Обычный, хозяйственный. Лезвие вымазано этим гелем. Но у дыры края выгнуты наружу.

Продавец молчал, почёсывая подбородок. Потом сказал:

— Это как-то странно. Верно?

— Не то слово, — согласился я. — А внутри, за занавеской, между койкой и стеклянным кубом, лежит мёртвая женщина.

— Господи! — воскликнул Продавец. — Ну это-то ему зачем? Вы же осмотрели моего товарища, зачем ему могла потребоваться женщина? У нас нет органов, которые могли бы её заинтересовать!

Я оставил этот крик души без внимания. Продолжил:

— Мы начали вскрытие. Пытались понять, почему женщина умерла, на ней ран не было. Оказалось, что у неё шестикамерное сердце, всякие дополнительные вены и артерии, а мышцы имеют нечеловеческую структуру.

Теперь Продавец безмолвствовал. И я пересказал ему всё: и как позвал Лихачёва, и как мы нашли «экспертов», и как явился Иван и предложил свою помощь. Закончил соболезнованиями, которые передал Прежний, и его предложением разбираться в случившемся вместе.

Единственное, про что я предпочёл не говорить, так это про нападение Слуг.

Продавец молчал так долго, что я всерьёз подумал, не завис ли его мыслительный аппарат. Киборг всё-таки.

Я даже подошёл ближе и помахал ладонью у него перед глазами.

— Очень странно, — сказал Продавец. — Одно никак не сходится с другим. Прежние не могут войти в Комок, защита этого не допустит. Если бы женщина лежала у дверей…