Опять смотрю в его глаза… такие необыкновенные, глубоко посаженные под широкими веками.
Взгляд у Марата цепкий. Оценивающий. Даже сквозь смешинки, которые словно вспыхивают на дне радужки, когда он со мной.
— Почему молчишь, маленькая? — обнажает белоснежные зубы, и я улыбаюсь робко в ответ.
Наконец, выдаю свою тайну, делюсь своим неожиданным и нежданным счастьем:
— Я беременна…
Глава 2
Чувствую, как Умаров каменеет. Мускулы под моими ладошками становятся не просто литыми, по ощущениям — титан.
Неожиданно его пальцы разжимаются, я медленно соскальзываю по крепкому телу и неуклюже становлюсь на ноги. Задираю голову, чтобы смотреть в глаза любимому, не понимаю, почему лицо мужчины темнеет, а глаза…
Его дымчатые глаза подобно густому туману становятся беспросветными. Пустыми. Холодными. Они пронизывают. Отталкивают льдом, который словно крошится в изломах сетчатки.
— Рат… что… что… такое?
Задаю вопрос и заламываю руки на груди. Чувствую, как все меняется на подсознательном уровне. Даже воздух вокруг нас словно густеет.
Новость про мою беременность меня ошарашила. Еще утром, когда поставила тест и увидела две полоски, поверить не могла, что случилось…
Сидела в туалете и сжимала в руках ответ. Чувства нахлынули разом. Смятение. Сомнение. Непонимание.
Но затем в глубине души вдруг появилось четкое осознание, что я хочу этого ребенка, что это самое лучшее, что случилось со мной, что могло случиться…
Ребенок от любимого мужчины… малыш… это ведь дар… чудо…
— Ты мне ничего не скажешь? — шепчу тихонечко, голос дрожит, а я глаз оторвать от Марата не могу.
К горлу подкатывает ком, какое-то страшное предчувствие заставляет сердце биться с перебоями, в глаза почему-то щиплет… и ощущение чего-то страшного… оно накрывает…
Интуиция буквально кричит о том, что что-то не так… Что-то происходит не так!
И уже в следующую секунду, подобно пулеметной очереди, в меня летят слова. Жестокие. Резкие. Оглушительные.
— Вон пошла из моего дома!
Отшатываюсь от Марата, словно по лицу получаю.
— Ч-что? — шепчу одними губами.
Мой голос слышится жалким, жалобным писком, в то время как мужчина напротив хмурит широкие брови и повторяет грозно, с расстановкой:
— В-о-н!
Чеканит слово. Холодный. Равнодушный. А я до конца понять не могу, что именно слышу, словно в шок попадаю, моргаю пару раз и уже в следующую секунду Марат от меня отходит, а я смотрю на его широкую спину, на то, как достает телефон из кармана, как проводит по экрану разблокировки и делает вызов.
Все происходит с задержкой. Я заторможенно наблюдаю, в то время как чувствую, как падаю куда-то глубоко-глубоко в яму черную и беспросветную.