Киваю словам президента. Смотрю на этого волевого мужчину и чувствую, что врага здесь нет…
Зря я боялась…
Танец заканчивается и президент под аплодисменты собравшихся ведет меня в сторону Умарова. Возвращает туда, откуда взял, а я интуитивно сразу же хватаюсь за локоть Рата.
Все же давящая у Золотова энергетика, прогибающая, мужчины обмениваются благодушными взглядами, оркестр вновь заводит мелодию, а я чуть не падаю, когда слышу спокойный голос президента:
— Тебе очень повезло с невестой, Марат Фахраевич, не потеряй ее, господин советник…
Глава 23
Президент уходит, а я перевожу взгляд на Марата. Он смотрит на меня внимательно, не мигает.
Затем придерживает для меня стул, приглашает занять свое место. Ноги не держат, поэтому я выдыхаю с облегчением, занимаю свое место.
Марат же в свою очередь наклоняется ко мне и спрашивает так, что никто, кроме меня, слышать не может:
— О чем вы говорили, Оля?
Замечаю, насколько напряженный взгляд у Рата, в синеве отражается беспокойство.
— Я сказала правду. Марат. Рассказала все, как было, да и он знал…
Кусаю губы, боюсь гнева Умарова. Они с президентом похожи. Одна масть, что ли. Темперамент, нрав. Рат не прощает обмана. Вся наша история произошла из-за того, что я побоялась ему сказать правду, открыть тайну.
Спустя короткую паузу мой жених кивает утвердительно.
— Ты верно поступила, Оля, я не успел тебя предупредить, но Золотову врать не следует. Президент все знает, он в курсе шагов своего окружения в большинстве случаев, да и разведка у нас недаром свой хлеб ест. Истину знает также Михаил. Для всех остальных придерживайся легенды.
Киваю Марату и ощущаю, как он касается горячими пальцами открытого участка кожи на моей спине. Это касание… оно другое. Если у Золотова рука просто ощущалась горячей, то здесь у меня по телу импульсы рассыпаются.
— Ты мое сокровище, Оля, я тебя никому не отдам, — повторяет и целует меня в висок и словно не было стольких лет в разлуке.
Так странно это ощущать, но все словно стирается, я прощаю Марата, мое сердце его прощает…
Он не просто мужчина, которого я полюбила, не просто отец Миры, он словно часть моей души, и никто, ни один мужчина не сравнится с этим сложным, резким, ревнивым человеком.
— О чем ты сейчас думаешь?
Словно чувствует мои мысли и задает уточняющий вопрос, и я опять отвечаю правду, теперь в отношениях с Маратом будет только так…
— Просто ты появился и прошлое отступает. Словно не было нашего разрыва, словно ты был всегда… навсегда…
Прикрывает на мгновение глаза и берет меня за руку, поправляет кольцо на безымянном пальце и проговаривает уверено: