Мне становится так страшно. Так невыносимо страшно, вдруг кто-то хватает меня за руку и перед глазами возникает лицо врача в белой маске.
— Мы вам поможем. Ольга Сергеевна… вы меня слышите… Ольга Сергеевна… не отключайтесь…
— Давление у нее падает…
— Быстро!
— Работаем!
Шум в голове и опять лицо врача, и я непослушными пальцами хватаюсь за халат и, едва расцепив губы, шепчу:
— Спасите моего малыша… спасите его… спасите…
Врач отцепляет руку от своего халата и чуточку сжимает мои пальцы, ободряюще как-то…
Его слов я не слышу… я уже ничего не слышу… мне кажется, что я падаю в свет, меня несет на волнах и ощущение такое, что еще чуть-чуть и я взлечу, улечу далеко-далеко, где так спокойно…
Меня будто подхватывает, тела не ощущаю. Становлюсь легкой-легкой, как перо, которое ветерок гонит куда-то вверх, как вдруг я слышу рев.
Именно рев раненого зверя, который воет в дичайшей агонии и до меня как сквозь вату доходит крик любимого мужчины:
— Оля… Вернись…
Глава 34
Марат Умаров
— Хорошо, Марат Фахраевич, работаем дальше. Отдых только на том свете, — допускает нотку юмора Золотов и я киваю.
Президент поднимается, и мы обмениваемся рукопожатиями. Выхожу из кабинета главы нашей страны. Как это ни странно, в центре он мало находится. Любит работать из своей резиденции, оставляя красные стены для международных встреч и официальных приемов.
Иду по коридору, где изредка виднеются по два охранника. Часовые также обходят этажи. Безопасность здесь на высшем уровне. Даже я на входе оставляю мобильный телефон и все, что может быть использовано в качестве оружия.
Спускаюсь в холл и встречаюсь взглядом с двумя парнями в пиджаках, с бритыми висками.
Золотов все же человек с прошлым военным, поэтому и окружает себя мужиками с армейским прошлым, которые знают, что такое воевать, не понаслышке.
—Политика — это война. Просто боевые действия проходят на шахматной доске, и мысленно начав партию — можно уже иметь несколько картин развития…
В башке играют слова Золотова, который у нас широк на перлы, которые легко подхватываются народом и уходят в массы.
— Марат Фахраевич, ваши вещи, — охранник кивает на стол, где в сохранности лежит все содержимое моих карманов.
Киваю и забираю свое имущество, включаю телефон. Сегодня у нас был весьма конфиденциальный разговор с Владиславом Олеговичем, кроме общей обстановки мы обсудили также ситуацию на мировых рынках. Золотов считает, что готовится диверсия, кое-кто из наших друзей аккурат к выборам планирует уронить биржевые рынки, создав условия для тряски и внутриполитической…