— Почему за плохую? — неожиданно обиделся Глушаков.

— Потому что у вас тут взрыв в здании! Пропускаете всех подряд в больницу! — рявкнул на него Ринат, и охранник, засуетившись, быстро покинул палату.

После этого Ринат посмотрел на меня и сказал:

— Я примерно понимаю уже, что к чему, но, может, всё же объяснишь?

В глазах Арбатова читалась эта же фраза.

— Объясню, — ответил я. — Но сначала Мирону объясню, за что мы его арестовали. Причём, арестовали, как оказалось, совершенно зря.

Далее я обратился уже к Арбатову:

— Мы были уверены, что это ты убил Калгана. Долго объяснять, почему мы так думали, не стану, скажу лишь: главной уликой было то, что ты, по показаниям охраны, пришёл за десять минут до его гибели. А нам при этом говорил, что был с Соломонычем на переговорах.

— Но я был с Соломонычем! — с искренним удивлением воскликнул Арбатов. — Ты ему не веришь, что ли?

Мне не хотелось поднимать тему моего доверия к Соломонычу. Я сам с собой ещё не был готов это обсуждать, поэтому с Мироном, да при Ринате, точно не собирался этого делать.

— Мирон! — продолжил я объяснять. — Охранник указал в журнале, что ты сюда приходил. Точнее, что сюда приходил Мирон Арбатов. Но тебя он не узнал в лицо. А того утреннего Арбатова разглядел хорошо. И статы его прочитал. Понимаешь, о чём я?

— Да уж, — вздохнул Арбатов, а Ринат аж присвистнул после моих слов.

— И какие выводы мы можем из этого сделать? — спросил я.

— Что кто-то хотел его подставить, — ответил Ринат.

— И что этот кто-то умеет менять свои статы! — добавил Мирон.

«И ещё этот кто-то знал, что лучше всего подставить именно Арбатова», — подумал я, но вслух этого не произнёс, так как Ринат теоретически мог быть тем самым кротом Шамана, подставившим Мирона.

Как же я устал от всех этих загадок и подозрений, но вариантов не было. Впрочем, не отметить, что одной загадкой стало меньше, я не мог. И ещё я хоть и радовался, что Мирон оказался хорошим парнем, но намного сильнее радовало, что Соломоныч меня не обманывал и действительно утром был на переговорах с Арбатовым. Правда, поведение старшего товарища всё равно казалось мне странным, как и отмена приёма в наш клан его бывших товарищей, коммерсов.

— Теперь понятно, — произнёс тем временем всё осмысливший Арбатов. — Понятно, зачем меня убрать хотели. Чтобы не вскрылось, что это не я Калгана убил.

Мне захотелось возразить, но я опять предпочёл промолчать. При этом я был просто уверен, что главная причина покушения на Мирона — не попытка закрыть таким образом дело с Калганом. В мире, где с каждым часом, с каждой минутой появлялось всё больше орков, союзник, умеющий их отличать, стоил дорогого. Лишить меня такого помощника стоило для Шамана дорогого. И мне имело смысл обеспечить Арбатову невероятную защиту. Хоть у меня и был ещё Колян, но два специалиста по выявлению орков — лучше, чем один. И ещё я понял, что хоть ситуация с арестом и была объяснимой, но извиниться стоило.