Горчаков сказал нервно:
— Вон там монстры!
Я кивнул, уже давно рассмотрев парочку пасущихся люфенгозавров. Зелёные, как молодые лягушечки на очень длинных лапах, самые крупные на это время существа на суше, дорастают до шести метров, правда, в длину, так что в лесу им листья не достать, объедают траву на берегу болота, а кустарников этот мир ещё не знает.
— Не дразни, — посоветовал я. — Учёные всего мира до сих пор спорят, растительноядные или всеядные, но не хищники точно.
По его виду понятно, предпочел бы обойти, но Микроцераптопсов всего двое, дрон показывает картинку, где ничего крупного и опасного до самого леса нет, если не лезть в болото, потому я шёл напрямик, всего лишь обогнув опасное болото, и Горчаков, не выказывая нервозность, шёл рядом и даже бледно улыбался.
Люфенгозавры подняли голову и уставились в нашу сторону. Глаза крупные, выпуклые, головы на уровне наших голов.
Горчаков сказал тихо:
— У них когти вон какие… Да и зубы…
— Если потянется понюхать или облизать, — сказал я, — бей по голове.
— Не обидятся?
— В их головах нет костей, — ответил я. — Как и у наших лягушек. Одни тонкие хрящики.
— А если захочет понюхать тебя?
Я отмахнулся.
— Да кому я интересен? Разве что мешки следом носить. Но у этих двух мешков не вижу.
Горчаков стиснул челюсти и задержал дыхание, когда мы проходили совсем рядом. Один ящер всё же протянул голову на длиннющей шее и то ли понюхал Горчакова, то ли близорукий, однако Горчаков, не дрогнув лицом, прошел со мной, и лишь когда отдалились на десяток шагов, с шумом выдохнул.
— Ну и зверюги! Одна чуть не лизнула меня!
— Дал бы по голове, — сказал я. — Убил бы сразу.
Он посмотрел на меня с укором.
— За что? Я и лягушек никогда не бил. Даже в детстве. Я готовлюсь в дипломаты, а не воители!
Я усмехнулся, Горчаков нравится всё больше, хоть и сынок светлейшего князя.
— Уже близко, — сказал я подбадривающе.
Он повертел головой по сторонам.
— С группой Глорианы здесь были?
— Нет, — пояснил я, — мы были вон в той стороне. Да и не по-мужски ходить протоптанными тропами. Мы же не альпинисты какие-то долбанные.
Он не успел спросить, что за альпинисты долбанные, дорогу перебежал довольно крупный и мохнатый паук, размером в два кулака. Горчаков вскрикнул в омерзении, пауков и мышей интеллигенция почему-то особенно не любит.
Я сдвинул плечами, чему удивляться, жизнь выкарабкалась на сушу четыреста миллионов лет тому, из растений риниофиты, из животных — пауки. Правда, те и другие, похоже, под воздействием тёмной энергии мутировали до огромных размеров.
Но факт есть факт, пауки правили планетой задолго до появления каких-то там динозавров.