Тварь застонала. Отлично! А теперь поразвлекаемся. Я отрезал уши, не забывая при этом с силой впечатывать свою ногу в поврежденное колено. Рукояткой выбил зубы, а затем начал проводить ножом по оголенным деснам. Потом неспешно перерубил фаланги пальцев. Человек предпринял попытку сопротивления, но ничего не смог сделать — руки-то теперь нерабочие. В определенный момент его тело озарилось сиянием, порезы и раны затянулись, а на голове прибавилось седых волос. Моё оружие повторило процедуры.

Через десять минут экзекуции постаревшая тварь завалилась на пол и больше не вставала. Жалел я об одном — слишком уж мало она мучилась. На всякий случай оставил на его теле пару десятков дополнительных дырок. А шпага-то довольно легко пробивает кожные покровы. Эх, научиться бы ей по-настоящему владеть, а то сейчас только и могу, что просто тыкать. Или хотя бы защищаться от неё. Чувствую, такие навыки мне точно пригодятся.

Бегло осмотрел комнату, но ничего полезного так и не нашел. Заглянул в другие помещения — ничего нужного. Эх, шельма! Жаль! Что именно я собирался найти? Хорошо бы оружие, бронежилет, местную валюту. Но главное — информацию: книги, карты, записи.

Я наконец-то дошел до кабинета смотрящего и подал условный сигнал. Дверь распахнулась, и я увидел девочку-тигрицу. Рядом с ней сгрудилась детвора. Не послушалась она меня. Ведь я говорил, чтобы других не освобождала, ну и ладно. Они ведут себя вполне пристойно.

— Привет, внучка, скучала? — я присел на корточки. Девочка неуверенно подошла ко мне, затем кивнула на труп. Я сразу понял, что они имеет в виду. — Больше никого из этих выродков в живых нет. Убил каждого! — рассказывать, что видел в поместье я, естественно, не стал.

Её маленькие ручки обвили мою шею, в глазах появились искорки, а рот растянулся в злобном оскале. Другие дети смотрели хоть и настороженно, но никаких признаков агрессии не выдавали.

— Теперь слушаем меня, — сказал я, поднимаясь. — Я благородный. И приказываю вам никому не рассказывать о том, что сделать творилось. Сейчас я заберу отсюда некоторые вещи, затем мы пойдем отсюда.

— Есть и пить, — выдавила тигрица.

Тьфу ты! Ну и что я за сволочь такая? И ведь не подумал прихватить чего-нибудь из кухни. И ведь, прежде чем мы выйдем отсюда, надо будет избавиться ещё от нескольких человек. Тот дворянчик, который поделился со мной шпагой, на карете приехал. Да и другие визитеры могут стоять у ворот.

Я посчитал детвору — двенадцать штук. Не так много, так что один, наверно, должен справиться.

— Сейчас я схожу на кухню и принесу все, что нужно. Вы запритесь. И откроите только тогда, когда я постучу вот так, — я изобразил прежнюю последовательность звуков. — Через пять минут вернусь.