Я продумал заранее, как буду действовать с налоговиком. Если бы его надо было просто убить, то никаких проблем не возникло: удар острием в открытую шею и всё. Но мне нужна информация. А кто, как ни благородный, владел ей в полной мере? Так что нужно было только обезвредить его. Но обезвредить так, чтобы мой осведомитель мог связно вести беседу. И это было очень важно. Повреждение внутренних органов могло привести к его преждевременной смерти. Выколотые глаза — к неконтролируемому безумию или к потере сознания от болевого шока. А если действовать мягко, то не исключено, что дворянин смог бы оказать сопротивление или сбежать. Всё-таки они — эти игроки — слишком уж крепкие и проворные.

Но было одно «но». Всё перечисленное относилось только к тому, если бы я наносил раны моим магическим кинжалом. А я ведь уже свыкся, что в мире есть магия. Мозги-то мои не так закостенели. Хе-хе. Так что я сделал по-простому: благородный прошел в хибару, а я сзади вдарил его по затылку лопатой. Как говорится: дешево и сердито. Я ведь помнил, что с помощью этого замечательного инструмента смог вырубить одну тварь на эшафоте. Так зачем городить сложности на пустом месте? А склянки с кровью (их тут хватает) залечат раны. Но сперва нужно было обезопасить себя.

Синеватое лезвие рассекло сухожилия на руках и ногах. Кровопотеря небольшая, и с такими повреждениями получится прожить долго. Насчет «счастливо» — тут уж врать не буду: оставшееся время налоговик проведет в мучениях. Но если будет паинькой, то так и быть: добью его быстро.

Кинжал разрезал ткань камзола. Я перевернул голое тело и связал веревкой (у меня было время подготовиться) кисти. После этого закрепил руки так, чтобы они висели в воздухе. В этом мне помогла деревянная балка, которая как нельзя кстати оказалась в этом невзрачном строении.

Я вернулся к карете. Пара быстрых вопросов помогли определить, что возница тоже был в курсе всего, что происходило в поместье Альфача. Смерть ямщика была мало того, что мгновенной, так ещё и безболезненной. Счастливчик просто. Затем отогнал карету (с лошадьми я умел управляться с юности) в укромное место между домишками. Тут уж она будет незаметна, и никакой случайный гость её не увидит.

Тигрица тоже принесла пользу — она сторожила благородного. В случае, если налоговик очнется, девчонка должна была сразу же позвать меня. Но обошлось. Всё прошло, как говорится, без сучка и задоринки.

Я откупорил склянку и влил красную тягучую жидкость в рот дворянина. Вместо обычных зубов прорезались белоснежные клыки, а рана на его голове начала затягиваться. Жив — вот и славно.